Лампа в квартире тепло освещала потолок. Фикус на подоконнике подрос с моего прошлого визита. Когда у людей трудные времена, они часто забывают о мелочах. По здоровому виду фикуса я судил, что у хозяйки квартиры дела идут неплохо.

Я ел лапшу, пил бульон большой деревянной ложкой, потом открыл банку диетической «Пепси». Бульон был соленым, как я люблю. Я всегда заказывал здесь одно и то же.

Садился на то же место.

Смотрел на то же окно.

И вдруг случилось неожиданное.

Из здания вышла молодая женщина в длинном коричневом пальто. Дождь немного ослаб, но она несколько секунд ждала у входа, пока за ней не вышел высокий молодой мужчина в черном пальто и не раскрыл широкий зонт. Она взяла его под руку и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ.

В прошлый раз я видел эту девушку несколько лет назад у ее маленького обветшалого съемного дома в Бронксе. Она смотрела на большую кожаную сумку, которую я оставил на ступеньках, положив сверху белый конверт.

На конверте было ее имя.

Ханна Тубловски.

Я видел, как она прочла письмо, посмотрела на сумку, затем огляделась в поисках того, кто ее оставил. Тогда я нажал на газ в своем старом «Мустанге» и уехал, прежде чем она заметила меня.

Когда-то я защищал человека, обвиненного в попытке ее похищения. Добился оправдания, хотя к концу процесса понял: он виновен. Присяжные его оправдали, и первым делом он снова напал на Ханну. Я остановил его до того, как он ее убил, нашел связанной и тяжело раненной в его доме. Пока не приехала полиция, я разбил руки о его череп, но все равно продолжал бить его сломанными кистями и локтями по искалеченному лицу, пока сам едва не лишился сознания. Он выжил, а моя юридическая карьера едва не погибла. Гарри спас меня. Тогда я не хотел спасения. Я подвел девушку. Не прислушался к чутью и, что важнее, не прислушался к настоящей жертве. Из-за меня она серьезно пострадала.

На теле у меня множество шрамов, главным образом от пуль и ножей.

Но ничто не ранило так глубоко, как находка Ханны Тубловски в том доме и осознание, что я помог чудовищу избежать заслуженного наказания. Найдя ее, я сразу вызвал полицию и скорую. На этот раз ему не удалось уйти от правосудия. Его надолго посадили. Он до сих пор там и ест только через трубочку. Но мне от этого не легче.

В сумке, которую я тогда оставил Ханне, было три четверти миллиона долларов — деньги, выманенные мною у русской мафии. Я не искал прощения. Простить меня было нельзя. Я хотел дать ей возможность начать новую жизнь.

Время от времени я приезжал сюда, к ее новой квартире. Сидел в лапшичной через дорогу, ел горячий рамен и присматривал за ней. Она окончила колледж и устроилась на хорошую работу в архитектурную фирму. Помню, как пару лет назад улыбнулся, впервые увидев фикус в ее окне.

Теперь у нее был близкий человек.

Они остановились у бордюра, посмотрели по сторонам и пересекли улицу прямо перед лапшичной. Я опустил голову и уставился в бульон. Когда снова поднял взгляд, они проходили мимо окна. Ханна смеялась.

Я никогда к ней не подходил и не разговаривал. Мне нужно было лишь знать, что с ней все хорошо, что я не разрушил ее жизнь окончательно. И помнить о своей ошибке, чтобы больше ее не повторить. Я решил брать только те дела, где верил в невиновность клиента, и бороться за него всеми силами. Что бы ни случилось. Как бы опасно это ни было для меня самого.

Вот почему теперь у меня не осталось ни жены, ни дочери в жизни.

Я все еще выплачивал долг перед девушкой, которая едва не погибла из-за меня.

И буду выплачивать до могилы.

Я отодвинул миску, допил газировку.

С Ванессой я едва не повторил ту же ошибку. Перед глазами стояли старые ожоги на ее руках. Насилие Патрика, которое я видел сам. Неважно, что Ванесса мне лгала. Нужно довериться чутью. Когда-то я не сделал этого, и Ханна едва не погибла.

Больше я такой ошибки не допущу.

Нужно доверять сердцу.

Я достал телефон и набрал Блок.

— Главная задача — доказать, что неопознанное тело из дела Винчестера принадлежит Терезе Чейз. Понятия не имею как, но способ должен быть. Это единственный шанс Ванессы. И остерегайтесь Деккера: он связывает Джулиана, Патрика и оба убийства. Они знают, что вы говорили с Винчестером. Знают, что я иду за Патриком. Скоро сделают ход. Нужно подготовиться.

— Лейку стоит остаться с тобой и Гарри, — сказала она.

— Вы оба нужны мне в расследовании.

— Кто прикроет тебя? Вандерпулы уже отправили группу убийц за Винчестером, и все только обостряется. Следующим можешь стать ты.

— У Гарри для защиты есть старый служебный пистолет.

— А у тебя что? — спросила Блок.

— Мне хватит конверта, коробки пончиков, радиомикрофона, телефона и зажигалки.

Она на мгновение замолчала. Должно быть, пыталась понять, что я собираюсь делать с таким набором.