Вот тут начиналось сложное. Убийство Молли Грин попало на первые полосы, но подробностей сообщали мало и официально никого не называли подозреваемым. Пресса терпеливо ждала намёка на то, что полиция рассматривает Вандерпулов. Под прессой я подразумеваю лишь некоторые газеты, сайты и телеканалы. Большинство крупных новостных площадок контролировал Джулиан Вандерпул. Едва ли он позволил бы своим марионеткам написать что-нибудь дурное о сыне.

Я не мог сообщить Фэрфаксу, что мы представляем Ванессу. Даже говорить, что защищаем кого-то из семьи, было нежелательно. Приходилось выражаться туманно. Хотя я не сомневался: Фэрфакс прекрасно осведомлён о ходе расследования. Нам оставалось несколько раундов походить вокруг друг друга, прежде чем кто-нибудь ударит справа.

— Патрик Вандерпул готовится бросить вам вызов, — сказал я. — Уверен, вы собрали о нём сведения. Сейчас мы представляем определённые интересы и не хотим, чтобы политические амбиции Патрика превратили его жену в мишень.

— Вот как. Думаете, я могу просто позвонить начальнику полиции и велеть арестовать Ванессу или самого Патрика за убийство? Думаете, я стану пользоваться должностью ради выборов?

— Кончай придуриваться, — сказал Гарри. — Ты бы собственную бабушку продал, если бы это помогло удержаться в кресле.

Натянутая улыбка губернатора стала почти искренней.

— А как, по-твоему, я вообще избрался? Не волнуйся, Гарри. Бабушек у меня больше нет.

— Если набросишься на Вандерпулов, это будет выглядеть как политическое преследование, — заметил Гарри. — Как там это модное словечко? «Судебная война»?

— Я попросил мэра и начальника полиции сообщать мне о ходе расследования, но могу заверить: на само дело я никак не влияю.

— Потому что у вас есть целая куча другого компромата, которым можно швырнуть в противника? — спросил я.

— Послушайте. — Фэрфакс подался вперёд, положил локти на стол. — С деньгами, которые Патрик Вандерпул может привлечь на кампанию, я обязан себя защищать. В нынешние времена обвинительный приговор вовсе не гарантирует конца политической карьеры. По крайней мере, в нашей стране. А мне ни к чему, чтобы Вандерпул изображал жертву политической охоты на ведьм. Среди его сторонников рейтинг только вырастет. И ещё медиаимперия отца... Газеты меня уже не так тревожат. Хуже фабрики троллей.

— Фабрики троллей? — переспросил Гарри.

— Выходит статья в сети. Через несколько секунд она уже в «ТикТоке», «Инстаграме», X, «Фейсбуке». Её разносят тысячи троллей, иногда настоящие влиятельные блогеры, но в основном всё разгоняют боты. Цунами дерьма. Как при любой ядерной угрозе, лучшее средство — иметь собственную боеголовку и направить её на самое уязвимое место противника. У меня такой пока нет, но, возможно, я близок.

— Если раздобудете ракету, куда направите? — спросил я.

— Разумеется, в Патрика. Я не идиот. Знаю, что Бьюкенен и Дафф обслуживают Вандерпулов. При всём уважении, Эдди, ты не Рекс Бьюкенен. Значит, предполагаю, они сплавили тебе Ванессу. Будь осторожен: её интересы и интересы Патрика могут сильно различаться.

— Потому мы здесь. Если вам известно что-то о муже, что поможет защитить Ванессу, или что-то о ней самой, что может повредить её защите, мне нужно знать.

Он откинулся в кресле и постучал пальцами по столу. Поочерёдно посмотрел на нас и слегка кивнул. Кажется, мы друг друга поняли.

— На меня работают одни из лучших частных сыскных агентств города. Проверили Патрика, нашли почти ничего. Кроме одной зацепки. Слова приходится выбирать осторожно: не все сведения попали ко мне вполне законным путём. Сыщики упёрлись в стену, но каждый подозревал, что за ней что-то есть. У тебя работает Блок. Если я покажу направление, а она найдёт нечто взрывоопасное — то, что можно зарядить в мою боеголовку и направить на Патрика, — ты поделишься находкой в духе взаимного сотрудничества?

— Если не тронете мою бабушку, возможно, — сказал я.

Фэрфакс рассмеялся.

— Тереза Чейз. Больше сказать не могу. Там что-то есть, но говорить об этом нельзя. Да вам и не нужно: имя выведет Блок на след. Только работать ей придётся быстро. И ещё кое-что, о чём тебе следует знать. От меня ты этого не слышал.

Он посмотрел на часы.

— Примерно через полчаса детективы отдела убийств арестуют Ванессу Вандерпул за убийство Молли Грин.

Глава 10

Блок

— Почему ты не купишь нормальную машину? — спросила Блок.

Она сидела на пассажирском сиденье «Ацтека» Лейка. Они ехали за бежевым «Краун Виктория» по улицам нижнего Манхэттена.

— Это нормальная машина. Незаметная, — ответил Лейк.

— Она уродлива. Торчит, как больной палец.

— Зато не кажется опасной. Никто не подумает, что на такой машине едет человек с целью, планом или хоть какими-нибудь амбициями. Она для тех, кто предпочитает не высовываться и ничего не ждёт от жизни. Если доедет до конца квартала — уже достижение.

Блок покачала головой, не отрывая взгляда от дороги. «Краун Виктория» остановился у бубличной. Лейк держался через две машины. Он припарковался на другой стороне улицы, метрах в шести позади полицейского седана.