Хит приподнял светлую бровь. — Думаешь, у неё кошачий зверь?

Я пожал плечами. — Понятия не имею. Ты лучше чувствуешь зверей. Если он у неё вообще есть.

Его челюсть напряглась. — Я её совсем не чувствую. Против СВР она действовала как машина. Судя по силе и скорости, её тело должно быть усилено зверем. Но они с братом явно отлично подготовлены. Возможно, они и правда годами сражались с настоящими рейфами — и это заметно.

— Пока мы ходили на боевые занятия в частных школах и тыкали друг друга тренировочным оружием.

— Да, — раздражённо буркнул он.

А мы-то думали, что опередили остальных. Только дети оборотней из богатых семей или обладатели зверей-Праймов — а часто и те и другие одновременно — могли учиться в закрытых частных школах для нашего вида. Те, кто с детства собирался служить Стражем, начинали подготовку задолго до поступления в Протей.

Нас учили владеть любимым оружием; дорогие частные наставники давали углублённую боевую подготовку. Мне, Эйдену, Хиту и Элайдже ещё и повезло встретиться и почувствовать взаимный отклик, когда я учился в средней школе. Так что к поступлению в Протей наш квад уже сложился. Мы встретились здесь с Эйденом, когда он заканчивал последний курс, а мы были первокурсниками. Остальное — история.

Квад Блэквелла с первого дня возглавлял рейтинг не случайно. Мы использовали все доступные возможности и вкалывали до изнеможения, чтобы добиться своего.

Для меня Стражи всегда были целью: мои папы — ветераны, и я собирался пойти по их стопам. У меня есть способности, и меня воспитывали с пониманием, что я должен применять их для защиты общины.

Для Хита и Эйдена служба Стражами давала свободу и независимость от отцов и Совета, которую иначе им было не получить.

А Элайдже… Что ж, ему нужно, чтобы окружающие видели в нём дисциплинированного и полезного бойца, а не неуправляемую смертельную угрозу.

Так что мы собирались окончить подготовку на первом месте и вступить в ряды Стражей самой ценной командой своего выпуска.

Но, похоже, чтобы по-настоящему преуспеть, стоило ещё в школе бегать по окраинам территорий, которые не патрулируют Стражи, драться с настоящими рейфами и надеяться не умереть.

Хита это открытие наверняка злило.

А мне казалось даже забавным.

— Хватит выглядеть таким… довольным, — проворчал он. — Я понимаю, тебя это развлекает. Но она станет серьёзным отвлекающим фактором.

Я хлопнул его по плечу. — Расслабься. Прошёл всего день. Мы займёмся своими делами, как всегда. А сексуальная дикая кошечка Эйвери, держу пари, до конца семестра всё бросит. Решит, что время от времени охотиться на рейфов в Фултон-Сити без официального разрешения лучше, чем терпеть Кэша и прочих придурков.

Впрочем, было бы неплохо попробовать её на вкус, прежде чем она уйдёт, громко хлопнув дверью и показав всем средние пальцы. Мой медведь давно не проявлял к женщине особого интереса, а Эйвери его оживила. С Хитом происходило то же самое.

Когда мы добрались до кабинета Эйдена на третьем этаже корпуса магических наук, как раз выходила профессор Элеонора Тэлли. Обернувшись, она одарила Эйдена кокетливой улыбкой и помахала рукой.

— Огромное спасибо, Эйден. Увидимся завтра с утра! — Увидев нас с Хитом, она вздрогнула, а улыбка стала ещё более томной. — О, привет, мальчики. Заглянули к Эйдену? Жаль, что не могу остаться: через пять минут у меня встреча со студентом. — Она надула губы: так делала лишь рядом с Эйденом и иногда с остальными из нашего квада. Во всех иных обстоятельствах была суровой профессоршей.

Хит сумел не закатить глаза. — У нас дела квада, профессор Тэлли. Зашли не просто поболтать.

— Сколько раз мне просить вас называть меня Элеонорой? — Она шутливо шлёпнула его по плечу и подмигнула. — У квада Эйдена особые привилегии.

Да уж. В том числе возможность с ней переспать, если кому-нибудь из нас захочется. Тэлли была ровесницей Эйдена и заканчивала последний курс, когда мы поступили. Она отчаянно хотела Эйдена, а нас остальных — чуть менее отчаянно. Латентная девушка с безупречной родословной метила на место нашей центральной партнёрши; Эйден был для неё кратчайшим путём.

После этого он наверняка пребывал в отвратительном настроении.

— Спасибо, Элеонора, — промурлыкал я и подтолкнул Хита в кабинет. Проскользнул следом и захлопнул дверь, прежде чем она снова начала строить нам глазки.

Эйден сидел за большим дубовым столом, откинувшись в кресле и скрестив руки на груди. Лицо напряжено. Джордж свернулся на диванной подушке, которую Эйден бросил перед маленьким камином. Не замечая нас, змей с блаженным видом грелся у огня.

Я легонько подтолкнул Джорджа носком ботинка. — Вот ты где, маленький развратник. Слышал, ты приставал к новенькой.

Он на сантиметр поднял голову, прищурил жёлтые глаза, зашипел на меня и снова улёгся спать.