Мэллори указала на меня ложкой. — Сначала змей, теперь это. По-моему, подруга, ты слишком долго жила вдали от оборотней, и инстинкты подводят тебя. Помни: мы все жестокие, ненадёжные звери. Будь осторожнее. Не надо никого гладить.

— Не собираюсь я гладить медведей, — возразила я.

Именно в этот момент в столовую вошёл Уайатт. Обтягивающие тёмные джинсы, армейские ботинки, тесная футболка с длинными рукавами, подчёркивавшая широкую грудь: он явно оделся с намерением сжечь девушкам бельё одним взглядом. Рыжие волосы скрывала чёрная вязаная шапка, щёки раскраснелись от уличного холода. Он взял в зоне напитков два кофе, дружески кивнул парням за одним из столов — я узнала их по тренировке — и неторопливо пошёл обратно к выходу.

Я наблюдала за ним поверх края кружки. Будто почувствовав взгляд, он повернулся, и наши глаза встретились. По изумрудной радужке пробежал блеск: зверь вышел поздороваться. Мой собственный зверь ответил, плавно пройдясь под кожей, словно шёлк.

Уайатт широко ухмыльнулся; на красивом лице заиграло самодовольство. Подмигнул и исчез за арочным входом.

Мэл прочистила горло.

— Впрочем, я бы не винила тебя, если бы ты захотела погладить этого медведя, — пробормотала она.

— И я тоже, — добавила Эш, разглядывая теперь уже пустой проход. — Я убеждённая лесбиянка, но задница у него выдающаяся.

Вчера я видела её обнажённой и могла подтвердить.

Я отодвинула стул, встала и закинула рюкзак на плечо.

— На этой ноте пойду на занятия. Обычная скучная литература без магии. И без медведей.

Зря сказала.

Я пришла рано и заняла место в тихом ряду ближе к задней стене. Аудитория была меньше вчерашних — предмет старших курсов. Столы стояли полукругом, поднимаясь рядами, как в лекционном зале. Мы находились в старом крыле гуманитарного корпуса: деревянные панели, меловая доска вместо маркерной и стулья, которые громко скрипели при каждом движении.

Постепенно собрались остальные студенты. Большинство не обратили на меня внимания. Но некоторые пялились, шептали что-то друзьям или строили гримасы.

Нельзя принимать это близко к сердцу, иначе свихнусь. Всего второй день.

Теперь, когда я оказалась здесь, хотелось ли мне обычной студенческой жизни — насколько вообще может быть обычным колледж только для оборотней? Ходить на занятия, дружить, веселиться на вечеринках, встречаться с парнями — без взглядов, сплетен и почти смертельных приключений?

Разумеется.

Я, наверное, ещё могла бы получить такую жизнь. Достаточно убрать мечи, отказаться от подготовки Стражей и полтора года изображать обычную девушку-оборотня. Слухи о моей сущности со временем, возможно, забылись бы. Я могла бы убедить в этом пап, и, если бы захотела остаться здесь без карьеры Стража, они не стали бы забирать меня из колледжа.

Но к чёрту.

После вчерашнего я шла в Стражи уже не только потому, что семья считала это необходимым для моей безопасности или потому, что я обладала нужными умениями.

И даже не ради защиты нашего народа от ужаса рейфов. Защищать я могла и дома.

Нет. Теперь я хотела участвовать в подготовке Стражей ради самой себя.

Решающим оказалось довольно нелепое открытие: до выпускного курса будущие Стражи даже близко не подходили к настоящим рейфам. Я хотела постоянно напоминать им, как трусливо и безответственно это выглядит, когда в ближайших непатрулируемых общинах с каждым годом растёт число жертв. Буду занозой для Кэша-придурка и его команды качков. Покажу результат не хуже их лучших бойцов — благодаря настоящему опыту, а не жизни под защитой магической «почти совершенной копии», якобы выпускающей сильнейших Стражей поколения.

Но ещё была сама арена. Я никогда не чувствовала себя настолько живой, как там, уничтожая рейфов, которые выглядели и двигались как настоящие, но без постоянного страха тяжёлой раны или смерти. Мы с Иэном справились с жутким Гигантом так, будто занимались этим ежедневно. А ведь нет. За всю жизнь я встречала Гиганта всего дважды. Последняя встреча и привела меня сюда.

С арены я ушла лишь с ушибленными рёбрами и призрачной болью: магия заставила тело поверить, что змеиное чудовище с зубами-иглами чуть не откусило мне руку.

Когда Кэш выпустил тварь, я опасалась, что весь бой придётся сдерживать обращение. Но рядом был Иэн, а противник являлся магической конструкцией и не угрожал жизни на самом деле. Мой зверь довольствовался волной адреналина и позволил действовать мне самой.

Не терпелось повторить.

Разговоры вокруг стихли. Я подняла глаза от ноутбука, ожидая увидеть преподавателя, но вошёл студент. Взгляды его не трогали. Он двигался незаметно и грациозно к невысокой лестнице между рядами столов. Высокий — под метр девяносто — и стройный, но с рельефными жилистыми мышцами.

От него исходила первобытная сила, едва удерживаемая этим гибким телом. Холодная и жестокая.

Мой зверь мгновенно напрягся.

Поднимаясь по лестнице, он наконец оторвался от телефона и небрежно сунул его в карман рваных джинсов. Наши взгляды столкнулись, словно притянутые магнитом. Я подавила вздох.