Зрелость всё равно оставалась полным отстоем. И хотя я была готова простить Пьетро, это ни разу не означало, что я должна доверять ему больше, чем способна подбросить. Зрелость не должна равняться тупости.

Мы вырулили на подъездную дорожку Маркуса, и Брайан поставил «Эскалейд» на паркинг.

— Спасибо, что подвёз, — поблагодарила я. — И за то, что выслушал моё нытьё.

— Всегда пожалуйста, Энджел, — ответил он. — И у тебя есть мой номер, если вдруг что-то понадобится.

— Ну… вообще-то уже нет. Наводнение его тоже смыло к ебеням.

Он вытащил новую визитку и быстро черканул ещё один номер на обороте.

— Если случится какое-то ЧП, а до меня не допишешься, набери по этому номеру и скажи: «один один три Арчер». Это стопроцентно гарантирует, что тебе помогут.

Я забрала карточку и кивнула. Иногда эти самые «обязательства и верёвочки» мафии могут работать и как спасательный круг.

Из дома пулей вылетел Маркус и, несмотря на костыли, рванул прямо ко мне, пока я вылезала из внедорожника.

— Энджел!

Он коротко и благодарно кивнул Брайану, но перед тем, как сгрести меня в охапку, на секунду замер. Вместо этого он просто крепко ухватил меня за плечи.

— Я так, блядь, за тебя переживал! Сержант должен был забрать тебя вчера из убежища, но его срочно услали ловить мародёров.

В его глазах неуверенность отчаянно боролась с диким облегчением. Я резко вспомнила, что наш последний разговор закончился, мягко говоря, пиздец как скверно, и поскольку я бросила трубку, он вообще без понятия был, на каком мы сейчас свете. Всё это казалось делом миллионолетней давности.

Я обняла его за шею и прижалась всем телом. Я почувствовала, как по его организму прошёл судорожный выдох облегчения; он бросил костыли на землю и крепко сжал меня в ответ.

— Всё нормально, герой, — промурлыкала я. — Парочка дней выдалась той ещё дичью, это уж точно. — Я немного отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо. — Мой папаша ведь здесь, да? Он как, в порядке?

— Смотрит телик в гостевой комнате, — доложил Маркус. — Всё с ним пучком. А ты как? — Его лоб прорезала складка тревоги. — Что с тобой сегодня вообще стряслось?

Брайан за спиной вежливо кашлянул:

— Энджел, я, пожалуй, поеду.

Я обернулась и улыбнулась:

— Спасибо, Брайан.

Он кивнул нам, пока я захлопывала пассажирскую дверь, и с привычной непроницаемой миной профессионала сдал назад. Напускал ли он эту официальную важность специально ради Маркуса? Наедине со мной Брайан определённо держался в разы расслабленнее. А может, это просто въевшаяся привычка. Хрен его разберёшь.

Подобрав костыли, мы с Маркусом поплелись в дом, где он сразу же швырнул их в угол и похромал дальше, смешно стуча своей гипсовой лонгетой.

— Должно быть, это полный отстой — таскаться в гипсе, — заметила я.

Маркус кивнул:

— Ага. Всё шло гладко, пока машина не сместилась и не зажала мне ногу, — рассказал он, когда мы устроились на диване. — К счастью, у дяди Пьетро есть прикормленный врач, который утрясает всю больничную бюрократию. От самого факта травмы это, конечно, не спасает, зато избавляет от лишних ебучих вопросов со стороны руководства.

А вот это было пиздец как удобно. О многих механизмах зомби-субкультуры я до сих пор ни хрена не знала, но у Пьетро, походу, лапа была запущена практически везде. С другой стороны, если этот хмырь коптит небо уже несколько веков, логично, что он подстраховался на случай подобного дерьма.

— Ну, я рада, что ты остался цел и спас ту семью, — сказала я и поцеловала его.

Он ответил на поцелуй со всем возможным энтузиазмом, когда мы поуютнее устроились на диване. Но прежде чем мы окончательно отвлеклись на всякие непотребства, я решила притормозить процесс и выдала ему полный расклад по событиям последних дней. Бойня на 1790-м шоссе, Филипп под прикрытием, «Сейбертон» с их мутными схемами, массовка фильма в качестве подопытных кроликов, то, как Филипп слетел с катушек, последовавший за этим тотальный пиздец на съёмочной площадке и доктор Чэриш с её криворукими косяками. Я не стала утаивать вообще ни хрена, хотя прекрасно понимала, насколько дико и фантастически звучит вся эта история. Я рассудила так: если Пьетро не хотел, чтобы Маркус был в курсе всей этой бодяги, это его личные, блядь, мафиозные проблемы, и ему следовало предупредить меня заранее.

— Ну ни хуяааа себе, — выдохнул Маркус, когда я закончила. — У дяди Пьетро тут, оказывается, такие масштабные мутки крутились?

К моему облегчению, он схавал всю эту историю без лишних вопросов, даже те её части, которые звучали абсолютно дико и безумно.

— Ага, там был полный пиздец. — Я потёрла глаза ладонями. Усталость уже конкретно начинала меня накрывать. — Мне нужно проверить, как там отец.

Маркус кивнул:

— Он в гостевой спальне в самом конце коридора.

Я оставила Маркуса на диване и направилась туда. Дверь была открыта, мой папаша сидел в уютном на вид мягком кресле и залипал в телик.

— Хей, пап, ты как, нормально? — спросила я.