Duke начал фолить, а Tech забивал штрафные. Видя, как ставка ускользает, Саймон пошел к стойке за еще двумя кружками пива. За десять секунд до конца Tech вел четыре очка. Спейд протянул пустую ладонь.

— Пять, пожалуйста.

Саймон отдал ему деньги.

ГЛАВА 06

Профессиональные обязанности снова заявили о себе и потребовали присутствия Саймона в суде, расположенном дальше по улице. Там проходила перекличка по судебному календарю — архаичная трата времени, когда большинство городских адвокатов собирались перед старым судьей, который едва умел включать компьютер, и торговались о датах процессов по делам, которые вообще не стоило подавать в суд.

Пока ждали судью, адвокаты общались, сплетничали и старались выглядеть важными перед толпой зрителей и тяжущихся. Кофе в зале пить разрешалось, а вот пончики, которые один из секретарей почему-то поставил на стол стенографиста, — нет.

Саймон специально затеял с Уолли Такерманом приятную беседу о новом торговом центре, который собирался строить один из клиентов Уолли. Поддерживая разговор, Саймон изображал интерес к торговому центру, а сам думал только о возмутительном завещании, которое Уолли составил в свою пользу и два месяца назад уговорил Элеанор Барнетт подписать.

То, что сам Саймон теперь готовил очень похожее, почему-то казалось несущественным.

Что сделает Уолли, когда она умрет и он помчится в суд открывать наследственное дело по своей версии завещания Элеанор, а почти сразу узнает, что его отменило и лишило силы более позднее завещание, составленное Саймоном Ф. Лэтчем, адвокатом и советником по праву? Мысль была неприятная.

Уолли все говорил о своем торговом центре. Потрясающая новость состояла в том, что новая многообещающая сеть сэндвичных из Калифорнии была близка к заключению долгосрочной аренды, а это непременно привлечет и других солидных арендаторов.

Проблема заключалась в том, что Элеанор понятия не имела, что делать со своим состоянием, и нуждалась в серьезном совете — в мудрости, которой больше никто ей не предлагал. Кто-то должен был ей помочь, и уж точно не этот пустомеля, разглагольствующий о сэндвичах с авокадо. Кроме Саймона, некому.

К счастью, Его Честь наконец собрался с силами, появился и устроился за судейским столом. Саймон сумел вырваться из разговора с Уолли о его сделке и сел за один из столов адвокатов. Salmon Subs? Название аппетита не прибавляло. Саймон содрогнулся от мысли, что часть денег Элеанор может оказаться вложена в подобные предприятия. Уолли славился умением ввязываться в плохие сделки.

Судья взял несколько бумаг, нахмурился и пожелал всем доброго утра. Затем привычно и устало поблагодарил адвокатов за то, что они такие замечательные адвокаты, поблагодарил секретарей и так далее. Прочитал название первого дела и объявил, что процесс начнется через час. Потом продолжил монотонно бубнить.

Саймон задремал, но вовремя спохватился. Мозг снова ожил, когда он попытался представить ожесточенный спор о завещании прямо в этом зале. От одной картины закружилась голова: он сидит за столом своей стороны, а на него пялятся все — присяжные, адвокаты, секретари, зрители, — уверенные, что его поймали с поличным при попытке выманить деньги у старой женщины.

Разумеется, это было бы неправдой: до самой смерти деньги оставались бы у старой женщины. Но дело все равно быстро превратилось бы в кошмар для репутации Саймона. Со временем он мог бы пережить этот кошмар и в конце концов уцелеть — если, конечно, контролировал бы деньги.

Плохих сценариев было слишком много.

• • •

Спейд опоздал всего на пятнадцать минут. Саймон сидел у стойки, склонившись над экраном видеопокера и время от времени поглядывая на баскетбольный матч, который почти его не интересовал. Он заказал две кружки пива и луковые кольца, после чего они устроились в том же темном углу, что и накануне.

— На кого поставил? — спросил Спейд, кивнув на большой экран над стойкой.

— Ни на кого. Tulsa против Tulane. Не сказать, что вопрос жизни и смерти.

— То есть играешь только те команды, которые тебе нравятся. Плохая стратегия.

— Спасибо за совет. Что насчет Элеанор Барнетт?

— Есть кое-какие подвижки. С Гарри Корсаком всё сходится. Родился в 1941-м в Ноксвилле, в 1965-м женился на Бетси, у них было двое сыновей — Клайд и Джерри. Бетси умерла в 1981-м, а в 1989-м он женился на Элеанор Барнетт. Десятилетиями работал в Coca-Cola: сначала на складе, потом его повысили до районного торгового представителя. Благодаря этому он попал в корпоративную программу участия в прибыли и начал покупать акции. В 2002-м вышел на пенсию, четыре года спустя помер. — Спейд сделал паузу, отпил пива и вытер рот рукавом.

Саймон сказал:

— Отлично, а сколько акций?