Элис всматривалась в берег, выискивая воображаемые болота с душами, похожими на плодовых мушек, тонущих в яблочном сидре. Но в тусклом утреннем свете увидела лишь тёмную, бесконечную сушу. Песок был угольно-чёрным, хотя его усеивали яркие светящиеся пятна. Следы, поняла Элис; несомненные отпечатки пяток и подушечек стоп. Только оставившее их существо должно было быть огромным: когда лодка подошла ближе, выяснилось, что каждый отпечаток как минимум равен её росту.

— Их оставил Флегий, — сказала Элспет. — Божество. Его низвергли в Преисподнюю за то, что он поджёг храм Аполлона после того, как Аполлон изнасиловал его дочь.

— Вполне разумно, — сказала Элис. — Я про поджог, а не изнасилование.

— Флегий тоже так считает. Всё время воет о несправедливости. Смотри, вон он, у подножия гор. Видишь?

Элис прищурилась, глядя через равнину. Далеко под утёсами пульсировал багровый свет, тяжело перемещавшийся среди камней. Внутри темнел силуэт, но Элис не могла понять, что это за фигура — человек или зверь.

— Он опасен?

— О, ещё как. Может испепелить одним взглядом. Зато за каждым его шагом остаются чудесные угольки, которые не гаснут неделями. Ради них я сюда и пришла. — Элспет указала на фонарь: теперь Элис заметила, что в нём пульсирует такой же багровый огонь. Кряхтя, Элспет вытащила из-под груды вёсел металлическое ведро. — Пойду собирать. Присмотрите за лодкой?

— А, конечно. — Элис оживилась. Она всё пыталась понять, как поймать Элспет в ловушку у неё на глазах, и вот возможность сама упала им в руки. — Что нам…

— Просто оставайтесь у якоря. — Элспет уже забиралась на перила.

— А если приблизятся костяные твари, обрызгайте их. Терпеть не могу, когда они лезут на борт.

Один изящный прыжок — и Элспет оказалась на берегу. Элис смотрела, как та проворно плясала среди угольков, перескакивая с камня на камень, пока не скрылась из виду.

Элис ощутила прикосновение к спине. Обернулась и вздрогнула. Питер стоял совсем близко и не сводил глаз с Элспет.

— Сейчас самое время, — прошептал он. — Хочешь отвлечь её? Или начертишь пентаграмму?

Это были первые слова, которые он сказал ей за всё утро. Элис постаралась скрыть облегчение.

— Эм… Мне всё равно, наверное. А ты что…

— Я черчу пентаграммы быстрее. Сделаю сам.

Элис сомневалась, что это правда, но сейчас было не время спорить.

— Хорошо. Где нам… В смысле, как, по-твоему, заманить её в круг?

Над этим она ломала голову всё утро. Вытянуть из Элспет сведения — одно; куда труднее было вообще заставить её встать в пентаграмму. Пропитанную кровью пентаграмму очень сложно спрятать. Теоретически её размер не влиял на силу — так, в древнеримскую эпоху кельты чертили мелом огромные фигуры вокруг целых холмов и лесов, чтобы ловить врагов. Но это потребовало бы времени и большего количества крови, чем у них имелось.

— Просто подведи её к печке, — сказал Питер. — Там лежит коврик. Мы можем начертить круг сейчас, до её возвращения. Думаешь, успеем?

Элис посмотрела на пляж, где Элспет с энтузиазмом сгребала угли в ведро.

— Придётся поторопиться.

— Конечно. Можно нож?

— Зачем… А. — Элис достала его из рюкзака.

— Вот — осторожнее.

— Постараюсь, — пробормотал Питер и направился к лестнице.

Элис судорожно вдохнула и снова повернулась к пляжу. Ведро Элспет было почти полным. Заметив взгляд Элис, та выпрямилась и весело помахала. Элис помахала в ответ, чувствуя себя мерзавкой.

Не отступай, — подумала она. Этому её научил профессор Граймс. Величие от посредственности отличает лишь способность довести начатое до конца. К тому же они поступали правильно, милосердно. Нужно избавить Элспет от страданий. Всего один разговор — и больше ничего. Потом они продолжат путь, а Элспет останется лишь неловким воспоминанием.

— ЭЙ! ЛОВИ. ВСТАВ НА ЦЫПОЧКИ у самой воды, Элспет подцепила дальним концом копья ведро с углями и качнула его вперёд. Элис ухватилась за ручку и втащила ведро на середину палубы. Краем глаза она увидела, как Питер скрылся на лестнице, прижав руку к боку.

Элис выпрямилась.

— Элспет?

— Да, милая.

— Скажи, если я слишком многого прошу, но мне интересно, нельзя ли нам… То есть я с удовольствием выпила бы чаю. — Она прочистила горло. — Так давно не пила.

— Маги. — Элспет усмехнулась.

— Неисправимы. «Эрл Грей» подойдёт? Другого нет.

— «Эрл Грей» — прекрасно.

— Идём, покажу, как работает печка. Возьми щипцы, уголь закончился… — Элспет указала рукой, и Элис осторожно подхватила из ведра пылающий уголёк.