— Хорошо, — прошептала я. Схватив небольшой стаканчик воды, с помощью пипетки налила немного на хлопья, которые снова стали кровью. Закрыв глаза, я приготовилась. Тэлон был прав насчет чрезмерной концентрации, поэтому изо всех сил старалась дышать, просто желая, чтобы кровь расслаивалась, а не разрушалась на каждом шагу. Магия вспыхнула во мне, переместилась в руки и выжгла себе путь из тела. Смерть зашипела, ее мех коснулся моей руки, и она, казалось, съежилась. Я осмелилась взглянуть на стол, с благоговением наблюдая, как красная жидкость начала собираться в капли и двигаться.

Перевернув страницу в открытом медицинском тексте, попыталась понять слова. Плазма. Белки. Питательные вещества. Гормоны. Все это вместе образует кровь. Но какое место здесь занимает магия? Основные семьи вели себя так, будто наше происхождение имеет значение, будто чистота в его корнях — это то, что поддерживает сильную магию. Глядя на кровь Альтаира, на то, как её частицы становились всё мельче и более заметными, я пришла к одновременно ужасающему и волнующему выводу: они ошибались.

Они должно быть ошибаются.

Кости и кровь не обладали магией. Ничем, что можно было бы передать по наследству или унаследовать. Ничем, что делало бы человека более достойным. Хотя знала, что никто не рождается с магией как таковой, я всегда задавалась вопросом, есть ли что-то особенное в ядрах, что делает их более достойными. Это объясняло, почему они всегда получали магию, в то время как многие другие — нет. Могли ли они быть настолько интересными? Некоторые из них казались ужасно скучными и бесполезными. Но когда кровь Альтаира рассеялась, мне пришлось принять это как ответ.

В нашей крови не было магии. Без неё я понятия не имела, как удастся добавить магию в эликсир. Неудача начала душить меня, как ядовитый воздух или кучи земли. Дышать можно, но это ядовито. Грудь тяжело вздымалась, рот широко раскрылся, когда я вцепилась в стол. Отчаянные вздохи вырывались из моего горла, но оно сжималось, как плотина, перекрывающая реку. Глаза слезились, я яростно моргала, пытаясь увидеть свой стол. Настоящая смерть была близка. Чувствовала её в комнате.

Пожалуйста, заберите меня.

Прежде чем успела понять, что происходит, я упала на твердый пол, по телу пробежали мурашки, и меня словно свело судорогой. Как можно быть одновременно статуей и дергающейся развалиной? Мяуканье Смерти стало громче, ее лицо снова и снова прижималось к моему, словно она стала жертвой моей паники.

В моей голове зазвучало эхо заклинания.

Я потерпела неудачу. Я потерпела неудачу. Я потерпела неудачу. Я потерпела неудачу. Я потерпела неудачу.

Через два коротких месяца единственные люди, которых я любила, перестанут принимать хайю. Они зачахнут и рассыплются. И однажды их сердца откажут, ища эликсир, который им не дадут.

Да, настоящая смерть здесь, но она искала не меня.

Солнечный свет обжигал глаза, тренировочный кожаный костюм казался слишком тесным и скользким на зудящей коже. Мне хотелось кричать. Или плакать. Может быть, даже сломать шею каждому члену моей семьи. Что угодно, только не стоять и слушать, как это отвратительное подобие генерала болтает о чёрной фазе.

И всё же стояла, словно из камня, выкованного руками предков, умерших напрасно. Так же, как и моя семья.

— Ещё раз, крайне важно, чтобы вы сосредоточились в ближайшие недели.

Ага, ага. Сосредоточиться. Как будто мы все могли бы сделать что-то другое. Из моих уст вырвался презрительный фырк, привлекший внимание Тэлона.

— Что с тобой не так? Ты хочешь, чтобы тебя убили? — прошипел он слева от меня, толкнув локтем. Я проигнорировала его, но всё же выпрямилась. Звёзды знали, что генерал Альтаир без проблем меня убьёт. Потеря головы сейчас всё равно не спасёт маму, папу и Селесту. Сдаваться было немыслимо, даже если мне этого очень хотелось.

— В первый день мы дадим вам небольшое представление о том, что вас ждёт. Капитан Зейд? — генерал Альтаир повернулся, жестом подзывая капитана. Она подошла, её лицо было строгим и бесстрастным. Тэлон тоже заерзал, явно чувствуя себя неловко при виде матери.

Капитан протянула руки, из неё вырвались огромные клубы тьмы, окутав нас всех, скрывая солнце и даже булыжник под ногами. Я почувствовала, как её магия покалывает мою кожу в тот момент, когда мы, ступая тенями, перешли из двора академии в суровый тренировочный центр.

— Сегодня вы испытаете свою первую иллюзию. Эта технология — очень сложная магия, но её будут использовать наши сильнейшие элиты. Из-за этого вы, вероятно, забудете одно: то, что вы видите, — нереально. Ещё раз повторю: то, что вы сейчас увидите, — нереально.

— Странно, я бы предположила, что они хотят нас обмануть, — пробормотала я, склонив голову в сторону Тэлона.

— Они не хотят, чтобы мы погибли. Чем больше у них элиты, тем лучше. Как бы ужасно всё это ни было, это всего лишь проверка, чтобы убедиться, что элита остаётся сильной. Превосходство должно быть доказано, — сказал он шёпотом. Меня охватило замешательство. Было понятно, что им нужно, чтобы мы все были лучшими, насколько способны, но их стратегия показалась мне отталкивающей. Я могла бы поклясться, что им нравилось наблюдать за нашими страданиями.