— Ты меня ненавидишь, и я тебя ненавижу, есть разница. Тэлон и Дофрель, судя по всему, меня любят.

— Я уже говорил тебе, что ты мне нравишься.

— Ты же говорил, что хотел бы видеть меня мертвой у своих ног!

— Кортошка, помидор, — фыркнул он, снова пожав плечами.

— Картошка, — поправила я.

Он наклонил голову, улыбаясь шире и сверкая ямочками на щеках.

— Что?

— Поговорка, — он лишь продолжал улыбаться, приподняв бровь. — Ты неправильно произнесла. Это либо кортошка — картошка, либо памидор — помидор.

— Конечно, ты знаешь, как правильно это сказать.

— Фу, ты ещё более невыносим, когда не пытаешься сломать мне шею! — крикнула я, заставив людей обернуться и уставиться на меня. Но Альтаиру, похоже, было всё равно. Он лишь поднял руку и схватил один из моих локонов, накручивая его. Шоколадные пряди выглядели ещё темнее, обвиваясь вокруг его бледного длинного пальца, на котором было кольцо в форме змеи. — Ты хочешь моей смерти, веди себя соответственно!

— Не думаю, что хочу.

— Лжец.

Он продолжал играть с моими волосами, и рассеянная толпа вокруг нас создавала ощущение приватности.

— Поздравляю, Тершетта. Увидимся завтра.

Прежде чем я успела понять, что происходит, Альтаир схватил кинжал и поднёс его к моим волосам, сжимая хватку, чтобы разрезать локон. Я вскрикнула, отступая от него. Но в этом не было необходимости, его уже поглотили тени.

Глава 41

Азазель

«Удивительно, как легко отнять жизнь. И как мало это значит потом, если никому вокруг нет до этого дела».

— Из дневника Азазеля Альтаира, 9259 год от ПЗ

Мои пальцы сжимали письмо, в груди плелось столько эмоций, что я боялся, что оно вот-вот взорвется. Слова начали расплываться, глаза наполнились слезами, когда я попытался перечитать их.

Дорогой Аз,

Я так рада получить от тебя весточку! Обещаю, мне было очень приятно принять тебя в гости. Извиняться не нужно.

Кстати, существует множество способов облегчения боли в суставах, которые не требуют магии и могут даже принести больше облегчения. Я попросила твоего маленького теневого зверя принести тебе кое-что на пробу. Кстати, это очень страшное существо.

И еще, я хочу попросить тебя об одной большой услуге. Пожалуйста, защити Нову. Знаю, она кажется сильной, умной и храброй, но это потому, что она всю жизнь страдала от страха и одиночества. В её сознании она должна притворяться спокойной, даже если чувствует, что вот-вот упадет.

Хотя я не знаю тебя лично, считаю себя отличным знатоком человеческой натуры, и не могу не верить в твою. Поэтому, пожалуйста, оберегай мою дочь.

С любовью,

Октавия Тершетта

P.S. Если ты когда-нибудь захочешь произвести на нее впечатление, моя Нова обожает книги. Чем старше, тем лучше. Она предпочитает читать при свечах, любуясь видом неба.

Миссис Тершетта не только прислала мне настойку от болей в суставах, на которые я жаловался, как ребенок, но и сказала что-то действительно приятное. Что-то, что, как мне казалось, надолго останется в моей памяти. Она верила в силу моего характера. Кто-нибудь когда-нибудь говорил что-то подобное?

Нет, никогда.

Она ошибалась. Я пытался убить её дочь буквально вчера. Всё, во что она поверила обо мне после нашей короткой встречи, было ложью. Я не был спасителем — не защитником её дочери — я был злым, ужасным монстром.

Звёзды, что со мной не так? Почему я вдруг почувствовал себя виноватым?

Хотел притвориться, что это потому, что видел, как она принимала звёзды. Ничто не могло сравниться с таким зрелищем. Свет и магия вырвались из Тершетты, напоминая мне о прозвище, которое Тэлон ей дал. Супернова. Взрывающаяся звезда.

Несмотря на это, я знал, что это не так. Что-то медленно начало меняться. Я чувствовал это уже давно, но на том поле боя, с кинжалом у её горла, был абсолютно уверен, что не хочу убивать Нову Тершетту.

Со стоном потянул себя за волосы, откидываясь на подушки. Над собой начертил те же звёзды, которые видел, как она использовала раньше, и от их вида моё сердце физически сжималось. Так же, как и от стеклянного шара на моём столе.

Ещё больше меня тревожило нарастающее облегчение. Она не только спасла меня от убийства и от ещё худших чувств, но и преподнесла мне своего рода подарок. Гонка закончилась. Я никогда не получу звёзды. Теперь могу перестать бороться за них каждый день. И это не моя вина. Они прямо в лицо сказали Отцу, что проблема в нём. Что его сходство со мной — единственная причина, по которой меня не выбрали. Хотя то, что я их не получил, означало гораздо более тяжёлую борьбу впереди, это также освободило меня.