Вскоре карета остановилась у нашего подъезда. Было около семи, но июльский вечер и не думал темнеть. После дневной жары посвежело, от Невы тянуло приятной прохладой, ветер шевелил листья на липах. Макар спрыгнул с козел и открыл дверцу.

- Александра Николаевна, вы не устали? - Пётр помог мне выйти.

- Самую малость, - призналась я, посмотрев в его серьёзное лицо.

- Тогда, может быть, пройдёмся? Хотя бы четверть часа, - предложил он, выпуская мои пальцы.

Я перевела взгляд на Надежду Павловну. Она стояла рядом со мной и спокойно ждала моего решения. Макар закрыл дверцу, отошёл к калитке и остановился там.

- Пройдёмся, - согласилась я и положила ладонь на предложенный сгиб локтя.

Надежда Павловна пристроилась позади нас, в итоге отстав на пару-тройку метров. На набережной было людно. Проехала пролётка, возле парапета спорили двое гимназистов, мороженщик звонил в колокольчик, подзывая гуляющих. По воде медленно двигалась гружённая дровами баржа.

- Отец сегодня необычайно счастлив, - заговорил Пётр через пару минут. - Давно не видел его таким.

- День рождения обязывает, - улыбнулась я. - К тому же рядом вся семья.

- И всё благодаря вам, - Пётр накрыл мою руку своей, остановился и пристально посмотрел мне в глаза.

- Вы сами решили приехать к отцу, Петя, я всего лишь написала письмо, - негромко возразила я.

- Вы всегда говорите «всего лишь», когда речь идёт о сделанном вами, - покачал он головой. - Не умаляйте своей заслуги.

Мы дошли до спуска к воде, обогнули женщину с двумя детьми и встали у парапета. Надежда Павловна тоже остановилась, сразу отвернулась к реке и принялась рассматривать проходивший пароходик.

- Вы хотели поговорить со мной, - напомнила я, поворачиваясь к Петру.

Он снял шляпу и провёл ладонью по волосам. Это движение выдало его полную растерянность, такую нехарактерную для всегда собранного Громова-младшего.

- Весной я спросил, есть ли в ваших планах место для семьи, - начал он, хмурясь. - Вы ответили, что сперва должны сдать экзамен, затем закончить проект моста.

- Я помню, - подтвердила я.

- Экзамен вы сдали. До подачи проекта осталось меньше месяца, а сам мост, если всё сложится, будут строить годы, - Пётр провёл большим пальцем по полям шляпы. - Потом появится новый заказ, другая машина или очередной человек, которого потребуется немедленно спасти. Ждать окончания всех ваших дел бессмысленно, Александра.

- Вы считаете, я придумываю отговорки? - спросила я, убрав руку с его локтя.

- Нет, - Пётр повернулся ко мне всем корпусом. - Ваши дела настоящие… Стоящие. Именно поэтому они никогда не закончатся. Я не прошу бросить бюро, отказаться от моста или сидеть дома в ожидании моего прихода. Такая жена мне и самому не нужна.

- Какая же нужна? - выдохнула я.

- Мне нужны вы и никто больше.

Наши взгляды встретились, у меня сбилось дыхание. Пётр не улыбался и не отводил глаз. Звуки, которыми полнилась набережная, отошли куда-то далеко-далеко. Осталась лишь я и этот замечательный мужчина.

- Я не требую назначить свадьбу завтра, - Пётр перехватил шляпу другой рукой и понизил голос. - Скажите только, есть ли мне место рядом с вами? Саша… вы хотите стать моей женой?

От его слов сердце на секунду сладко замерло, и затем забилось быстрее.

Я любила этого сдержанного мужчину, рядом с ним мне было спокойно. Он не пытался загнать меня в гостиную, не смеялся над моей работой, не требовал стать удобнее. Видел во мне равную и принимал вместе с бюро, заводом, мостом и всеми проблемами, которые я таскала за собой.

Только Пётр не знал, что я вовсе не Саша Оболенская, я Елена Соболева. Женщина старше него, дважды бывавшая замужем, вырастившая сыновей и умершая где-то на подземной парковке от рук какого-то бандита в другом веке и даже мире. Можно было обмануть свет, суд и газетчиков, но Петру мне придётся лгать каждый день… За завтраком, в спальне, в каждом разговоре о детстве и будущем. С ним такая ложь казалась особенно подлой.

Я с трудом прервала зрительный контакт и отвела взгляд к воде. На ряби ломалось отражение противоположных домов.

- Пётр… Петя… - с трудом заговорила я, - ответьте сначала на один вопрос. Представьте такую ситуацию: если вдруг жизнь вынудит меня покинуть Родину, вы будете готовы уехать вместе со мной?

Его брови удивлённо приподнялись.

- Уехать из России? - переспросил он.

- Да.

- Куда? - Пётр отступил на полшага, словно хотел рассмотреть меня целиком.

- Не знаю. В Европу, Америку. Куда получится, - ответила я.

- Вы собрались уехать? - Пётр ошеломлённо подался ко мне, цепко вглядываясь в лицо. - Это как-то связано с французами? Они вам угрожают?

- Нет. Сейчас я никуда не собираюсь, - поспешила заверить его я. - Но хочу знать, сможете ли вы сделать такой выбор, если оставаться здесь станет опасно.

- Для вас?

- Пусть только для меня, - кивнула я.