Бахтияр - человек, от которого не спасают ни деньги, ни связи. Холодный. Жёсткий. Опасный.

Он привык ломать людей. И новой игрушкой выбрал меня.

- Готова развлечься, куколка? - взгляд мужчины скользит по мне. - Раздевайся.

Глава 4

Полночи мне приходится разбираться с потопом, который я устроила по неосторожности.

Совершенно забыла, что набирала себе ванную! А в итоге должна новый ремонт соседям.

Не зря Макс неоднократно повторял, что трудоголизм до добра не доводит.

Так что утром я живу на кофеине с жуткой усталостью, бок тянет от старой травмы, голова гудит.

В общем, всё как обычно.

То ли день хороший, то ли мой мозг уже на последнем издыхании работает. И поэтому получается быстро решить многие вопросы.

Видимо, организм понимает – пока не решу, то отдыха не будет. А без отдыха я скоро откинусь.

Даже Северин неожиданно отзванивается с информацией, что документы просмотрел, с условиями согласен.

Есть во мне ещё частичка той наивной и любящей сказки Раяны. Верю и в чудо иногда, и в удачу.

Но в то, что Северин просто так согласен на уступки – тут никакой веры не хватит.

– Соглашение будет подписано, – мужчина словно чувствует мои сомнения. – Всё пришлю.

Либо я внезапно стала гением корпоративной дипломатии, либо где-то рядом лежат грабли.

И учитывая мою биографию, ставлю на грабли.

Я не могу ткнуть пальцем в конкретную проблему, привести аргумент или хотя бы нормально объяснить собственные подозрения. Просто внутри что-то тихо скребётся, требуя не расслабляться.

Я давно научилась к этому прислушиваться.

Последний раз, когда жизнь внезапно становилась подозрительно хорошей, я была влюблена в Баха.

Урок получился дорогим, зато материал усвоила идеально.

Если всё складывается слишком удачно – я первым делом ищу, где именно меня собираются поиметь.

Когда мне сообщают, что документы привезли лично, я напрягаюсь. Совершенно бессмысленно.

Последние дни у меня вообще обострился какой-то внутренний Бах-радар.

Северин странно себя повёл – ищу подвох. Незнакомая машина задержалась у офиса – замечаю. Кто-то слишком уверенно идёт по коридору – на секунду прислушиваюсь к шагам.

Как фантомная боль после давно зажившей травмы.

Ноги на месте, шрам затянулся, жизнь прекрасна – а организм периодически решает напомнить, что когда-то было очень больно.

Вот и с Бахом так же.

Я не жду его.

Просто с тех пор, как вернулась, какая-то особенно параноидальная часть мозга постоянно проверяет декорации: не вылез ли главный злодей из-за кулис.

Пока безрезультатно. И меня это полностью устраивает.

Я даже не злюсь на себя за постоянную настороженность. И совесть не грызёт: мол, если бы действительно забыла – не реагировала бы на каждый фантом Баха.

Чушь. Мне и на пожар вот плевать. Но это не значит, что я теперь разбрасываю спички по квартире.

Можно не любить человека и прекрасно помнить, на что он способен. Можно закрыть прошлое и всё равно не поворачиваться к нему спиной.

Это не чувства. Это приобретённый навык выживания.

Если однажды сунула руку в огонь, совершенно необязательно продолжать страдать по пламени, чтобы во второй раз держаться от него подальше.

Я Баха пережила. Но амнезию вместе с выздоровлением мне, к сожалению, не выдали.

К моему удивлению, лично – значит сам Северин.

– Владислав Олегович, отдать документ мог кто-то другой. Не обязательно вам было приезжать.

– Соскучился, – мужчина ухмыляется. – Решил полюбоваться.

– И ради этого ехали лично? Владислав Олегович, заведите хобби.

– Уже. Поэтому и здесь.

– Не знала, что дефицит женского внимания достиг у вас такой критической стадии.

– Женского внимания у меня избыток. А вот вашего раздражения давно не хватало.

На этой «милой» ноте мы и прощаемся. Северин, естественно, ещё пару «комплиментов» и Маринке отвешивает, но это уже их разборки.

Обедаю я всё в том же ресторане. В последнее время я очень люблю стабильность.

Никаких сюрпризов. Никакой спонтанности. Никаких «доверься мне, куколка».

Одно и то же место, знакомый столик, проверенное меню.

Скучно? Прекрасно.

Я уже попробовала жизнь, от которой захватывает дух. В прямом смысле тоже.

Теперь предпочитаю, чтобы максимум непредсказуемости за обедом заключался в десерте дня.

С Максимом мы не созваниваемся в рабочее время, лишь пару сообщений. Мы оба занятые люди, уважаем чужое пространство.

Мне нравится такой формат. Вообще теперь мне нравится всё, что можно хотя бы приблизительно спланировать.

Работа заканчивается – начинается личная жизнь. Встречи назначаются заранее. Поездки обсуждаются. Если планы меняются, об этом предупреждают.

Никакого хаоса. Даже в отношениях. Особенно в отношениях.