Его присутствие заполняло помещение, а одного взгляда хватало, чтобы сбить мне настройки.

Сейчас передо мной просто Бахтияр. Большой. Опасный. Всё ещё подавляющий пространство одним своим присутствием.

Только меня больше не впечатляет.

Когда-то я смотрела на него и видела нечто почти первобытное, невозможное. Сейчас вижу мужчину.

Да, внушительного. Но всего лишь мужчину.

– Давай без этой дешёвой драмы, – Бах скалится. – Тебе не идёт подобный спектакль, куколка.

Удивительная вещь – организм. Меня едва не перемололо вчера, когда я услышала это обращение от другого человека.

А сегодня – даже не екает ничего. Слово падает между нами и остаётся просто словом.

Я столько времени реагировала на вероятность встретить Баха сильнее, чем теперь реагирую на самого Баха.

Опасность всегда крупнее, пока существует где-то за углом. Воображение щедро дорисовывает ей клыки, когти и ещё пару рядов зубов.

А в реальности – всё не так страшно. Всё вполне ожидаемо и даже немного банально.

Бах без приглашения отодвигает стул и заваливается напротив. Именно заваливается – с той наглой уверенностью человека, которому даже в голову не приходит спрашивать разрешения.

Стул под ним кажется откровенно мелким. Бах широко расставляет ноги, откидывается на спинку, одну массивную руку бросает на соседний стул.

Рубашка натягивается на груди и плечах, рукава обхватывают крупные бицепсы. На смуглой шее резко проступают сухожилия.

Расслабленный. Тяжёлый. До неприличия уверенный в своём праве находиться там, где ему захотелось.

Всё тот же Бах.

Раньше меня бы уже взбесило. Его безразличие к чужим границам. Эта врождённая вера во вседозволенность. Манера не спрашивать, а ставить перед фактом.

Сейчас – ничего.

Чтобы беситься на человека, нужно хотя бы что-то к нему чувствовать.

А мой лимит чувств к Бахтияру закончился давным-давно. Перерасхода не будет.

– Как я уже сказала – явно не знакомы, – ледяным тоном произношу я. – Моё имя явно звучит иначе.

– Всё такая же дерзкая? – Бах усмехается. – А я думал, жизнь тебя хоть чему-то научила, куколка.

Я не удостаиваю мужчину даже взглядом, лёгким жестом подзываю к себе официанта. Заказываю десерт и новую порцию кофе.

– А я думал, что счёт попросишь. Упетлять попробуешь.

Очень хочется, но тирамису мне хочется больше. Я изначально запланировала сладкое, и меня планы из-за Баха не планирую.

Бах может сидеть напротив. Может ухмыляться, провоцировать, называть меня куколкой хоть до закрытия ресторана.

В моём расписании сейчас десерт. И впервые за всё наше знакомство Бахтияру придётся немного подождать.

– В молчанку решила поиграть? Или просто игнор врубила?

Именно. Оказывается, лучший способ борьбы с прошлым – не бороться с ним вообще.

Не выяснять отношения. Не требовать объяснений. Не произносить заготовленные годами речи о том, как сильно тебя сломали и как прекрасно ты потом собрала себя обратно.

Слишком много чести.

Прошлое вообще удивительно быстро теряет величие, когда перестаёшь вести с ним диалог.

Немного не собрали, но я вас люблю и балую)

А ещё сегодня огромные скидочки на большинство моих книг! Заглядывайте и покупайте жаркую историю для холодных осенних вечеров!

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

Глава 5

– Упрямая всё-таки сучка. Столько времени прошло, а это не вылечили.

Моя губа дёргается в оскале, но я быстро беру всё под контроль. Сдерживаю эмоции.

Бах меня раздражает – я могу это признать. Но жужжащие комары летними вечерами меня тоже раздражают.

– Не поверишь, – я усмехаюсь. – Но меня вообще вылечить сложно. Но всегда можешь держаться от меня подальше. Вдруг заразная?

– Я привитый, куколка. Можешь не переживать.

Закатить глаза хочется просто неимоверно. Буквально глазное яблоко зудит – настолько меня выводит из себя поведение Баха.

Его ухмылка раздражает. «Куколка» раздражает. Эта манера развалиться напротив и вести себя так, будто последние годы были рекламной паузой, тоже раздражает.

Особенно раздражает его абсолютная уверенность, что достаточно появиться – и всё снова начнёт вращаться вокруг него.

Я готова поставить фирму отца на то, что мужчина действительно верил именно в это.

Что достаточно ему соблаговолить проведать меня – как я тут же включусь. Потянусь навстречу.