Взгляд Предводительницы стал туманным и далёким, словно она вспоминала мир, о котором они читала только в учебниках истории.

— До Великого Коллапса я росла в крошечном городке за пределами Лас-Вегаса. У меня была семья. Сестра. Собака. У меня были мечты, хотя… я больше не помню, какие именно.

Она сглотнула, и её голос пропитался тоской.

— Но я помню, как училась в колледже и вернулась домой, когда началась война. Были протесты. Массовые облавы. Банки закрылись в одну ночь. И когда Президент отправил войска в города и начал убивать наш собственный народ, я помню, как накатила паника. Было непонятно, кто первым запустил ракеты. Моя сестра строила теории, что наше собственное правительство сбросило ядерные бомбы на Запад, чтобы избавиться от реальной оппозиции. Но потом удары начались повсюду. Когда чёрная пыль закрыла солнце, мы все поняли, что это конец.

— Мы лишились электричества. Каждый копил еду. Заколачивали двери. Люди убивали за каплю воды в холодной пустыне. Я смотрела, как моя семья угасает, пока не остались только мы с сестрой. Мы превратились в кожу да кости, слишком слабые, чтобы даже поднять головы с матраса. Мы держали друг друга, пока не сделали свой самый последний вдох. Я видела, как моя душа покинула тело, устремляясь к далёкому свету. Мои глаза закрылись в последний раз. Пока в один прекрасный день кто-то их не открыл.

Халани не дышала, цепляясь за каждое слово.

— Я проснулась голой в стеклянном контейнере. Надо мной стоял молодой мужчина. Я никогда не видела его раньше, но он приказал мне говорить. По какой-то причине мои губы не шевелились. Я так старалась, но они словно были склеены. Он что-то записал, а потом потянул рычаг. Я закричала от дикой муки, когда он бил меня током, пока моё сердце не остановилось. Это была моя вторая смерть.

— В третий раз я проснулась, и он спросил моё имя. Но я не могла его вспомнить. Когда я сказала, что не знаю, он снова убил меня. Это продолжалось днями. Может, даже годами. Я не помню точно. — Голос Предводительницы дрогнул, руки затряслись.

— И только когда я смогла полностью пересказать свою жизнь, он ответил, зачем вернул меня. Я не была живой. Не на самом деле. Он извлёк моё разлагающееся тело и создал точный клон того, кем я была раньше. Это было самое простое, по его словам. Самым сложным было вернуть все мои воспоминания. Части моего мозга всё ещё сохранились, и он неустанно работал день и ночь, воссоздавая меня, пока я не стала идеальной копией своего оригинала. Но главное, что он хотел, чтобы я помнила — я не человек. Я кое-что куда лучшее.

— Кто он был? — спросила Халани.

— Я не знаю. — Предводительница нахмурилась. — Единственное имя, которым мне разрешалось его называть — Отец. Я не знаю, откуда он взялся.

— Но зачем он вернул тебя? — спросила Винни.

— Чтобы мы могли вновь заселить землю.

У Халани отвисла челюсть, но Предводительница продолжила.

— Я была первым клоном, которого он создал. Как только он довёл меня до совершенства, он вернул остальных. Нам приказали построить Пустынный Источник в качестве нашего первого города. Он дал нам все припасы, еду и лекарства, которые могли понадобиться. И нашим приказом было строить новые города по всей Зоне Смерти. Покой был заложен в нашем коде. Это и отличало нас от людей, — повторила Предводительница так, словно ей твердили это сотни раз.

— Но чего мы не ожидали, так это группы из пятидесяти людей, которые нашли наш город. Они были потомками тех, кто раньше жил в Лас-Вегасе, Городе Грехов. Я не знала, что делать. Я связалась с Отцом через факс, который он нам оставил. Он посоветовал соблюдать осторожность и предупредил: если они узнают, кто мы на самом деле, они попытаются нас убить. Я не поверила ему. Его уроки мира въелись в меня, и мы сделали всё, чтобы принять «Грешников» в наше общество, надеясь, что сможем возродить мир вместе с ними. Но молодой Ансел что-то заподозрил и забрался в мою библиотеку. Тогда-то он и нашёл фотографии. Когда я рассказала ему правду, Ансел и остальные «Грешники» украли наше оружие и перебили большую часть моего народа перед тем, как сбежать. После этого мы построили стену, и нашей единственной целью с тех пор было выживание.

Предводительница покачала головой, словно тот момент был самым большим сожалением в её жизни.

— Когда я рассказала Отцу, что произошло, он прислал Патреуса, чтобы тот научил наш народ драться и убивать «Грешников». Но наши люди были созданы для мира, а не для войны, и я так и не отдала приказ атаковать Ансела. Когда я призналась Отцу, он пришёл в ярость и перестал присылать семена растений и остальные припасы. Он сказал, что мы ничем не лучше людей… и бросил нас. — Грудь Предводительницы тяжело вздымалась, она закрыла лицо руками, прерывисто и тяжело дыша.

Халани сидела ошеломлённая.

Невероятная история вихрем пронеслась у неё в голове, порождая тысячу новых вопросов.

Кто этот «Отец», о котором она говорила?

Откуда он взялся?

Сколько всего было клонов?