Подбородок Пенни дрогнул, и она отвела взгляд. Казалось, вся мудрость, которой с ней поделилась Винни, бесследно исчезла под тяжестью этого разговора.

— Какая разница? — слова вырвались из Халани прежде, чем она успела их остановить. — А если я тоже такая, как они? Вы все захотите, чтобы я умерла?

Такеши напрягся рядом с ней, но, к её удивлению, Брок тут же фыркнул, словно вопрос был совершенно глупым.

— Ты же знаешь, нам плевать на это. Но только потому, что это ты. Я тебе доверяю. А им — нет. И тому, кто привёл их сюда, тоже. — Он указал на Пенни.

— Ты всё ещё не понимаешь, Брок, — твёрдо продолжила Халани. — Неважно, откуда мы пришли и кто дал нам жизнь. Эти люди могли позволить Винни умереть, но не сделали этого. Они не были обязаны давать нам еду и кров или присматривать за Дереком, но они это делали. Они защищали нас, прекрасно зная, что мы отличаемся от них. И если мы сейчас отвернёмся от них, то, по-моему, сами не имеем права называться людьми.

Тишина не нарушалась, пока каждый обдумывал её слова.

Они могли быть с ней не согласны.

Могли даже возненавидеть её за это.

Но Халани предпочла бы сражаться за свои убеждения, чем благополучно жить, молча отказываясь от них.

Глаза Серин заблестели. Она шагнула вперёд и крепко обняла Халани.

— Мне всё равно, какая фотография была там внизу. Ты навсегда останешься моей сестрой, и я пойду за тобой куда угодно.

Пальцы Халани задрожали, когда Серин вцепилась в ткань её рубашки, крепко удерживая её, пока колени Халани едва не подкашивались.

Серин отстранилась и повернулась к Такеши.

Он ничего не сказал, лишь сузил глаза.

— Раз уж мы знаем, что будем драться, можно я возьму твой пистолет? — спросила Серин.

— Ты прекрасно знаешь, что единственный мужчина, который когда-либо даст тебе пистолет, — это я, — прошипел Брок, выступая вперёд.

Серин закатила глаза, но на её губах появилась едва заметная улыбка.

Брок взглянул на Такеши.

— Извини, что раньше врезал тебе по лицу.

— Тебе повезло, что вас было трое против одного. — Голос Такеши оставался холодным, но теперь он смотрел на Брока так, будто больше не возражал против его присутствия.

— Ещё разок после того, как прикончим Грешников?

Такеши хищно кивнул.

— Так вы действительно нам поможете? Все вы? — спросила Пенни, сжав руки. В её глазах впервые за, возможно, долгие годы появилась пробивающаяся сквозь всё надежда.

— Мы вроде как комплектом идём, леди. — Адан обнял Халани за плечи. — Если один из нас идёт в бой, в конце мы будем там все.

Глава 28

Я высвобождаю ту же разрушительную силу, что создала меня

Халани смотрела на полную луну, гадая, знает ли она о том насилии, которое вскоре прольётся под её взором.

Она провела дрожащими пальцами по рукам, когда прохладный ветер пробрался под чёрную одежду. Халани не снимала капюшон, прячась от мира — пусть и самым незначительным образом, — прежде чем он осудит её за самые тёмные поступки, которые ей предстояло совершить.

Она твёрдо верила, что помочь Пустынному Источнику — правильный выбор, но всё её тело было напряжено от тревоги. Взгляд скользнул вверх, к каменной стене, где стояли на страже воины. Они не могли позволить себе спустить вниз всех людей и тем самым вызвать подозрения Ансела.

Чтобы их план сработал, им нужно было собрать всех Грешников внутри Пустынного Источника.

Халани сглотнула, наблюдая за несколькими людьми, которые знали, что, скорее всего, погибнут этой ночью. Но каждый из них добровольно вызвался на это задание, жертвуя собой ради того, чтобы их близкие выжили.

Но если она не справится со своей задачей, их храбрость окажется напрасной.

Новая волна боли пронзила её голову, и Халани поморщилась, опустив плечи.

Нет. Только не снова.

Перед ней появился Губернатор Хаксли.

Она схватилась за лоб, пытаясь прогнать видение, но он лишь усмехнулся.

— Ты выбираешь жизни клонов вместо людей. Ты уверена, что поступаешь правильно? — спросил он.

Халани покачала головой, стараясь не слышать его мерзкий голос.

Губернатор неодобрительно цокнул языком и сделал шаг ближе.

— Ты думаешь, что выступаешь против меня. Но что, если именно этого я и хочу — чтобы Грешники погибли?

— Оставь меня в покое!

— Кейнс.

Видение Губернатора исчезло.

Халани обернулась, тяжело дыша. Из темноты вышел Такеши.

Его полностью чёрная форма стражника облегала рельефные мышцы. На поясе были закреплены два пистолета, а под жилетом пряталось бесчисленное количество ножей. Он шагал вперёд с непоколебимой решимостью, переводя взгляд с закрытых ворот на неё.

С таким количеством оружия на теле и благодаря своей массивной фигуре, почти сливавшейся с ночной темнотой, он выглядел предвестником разрушения.

— Ты в порядке? — спросил он, хмурясь, заметив выражение её лица.