— Выпустите нас!

— Пожалуйста!

Но Предводительница не ответила.

Винни и Дерек зашлись жестоким кашлем, а затем раздался громкий глухой звук. Халани повернулась — Винни рухнула на пол без сознания.

— Винни! — Она попыталась поднять её, но Винни легла мёртвым грузом на её руках.

Из глаз Халани брызнули слёзы, когда она закашлялась, прикрывая рот. Дым заполнил комнату без окон, и в следующее мгновение Дерек тоже осел на пол.

— Дерек! — закричала она.

Такеши с неистовством таранил металлическую дверь плечом. Он бил кулаками и ногами. Но даже с его невероятной силой дверь не поддавалась. Услышав её рыдания, он тут же подбежал к ней.

Одним быстрым движением он сдёрнул через голову футболку и накрыл ею её рот и нос. Его тепло и родной запах принесли мгновенное утешение, но дым уже разъедал её горло и грудь.

— Постарайся не дышать этим, Кейнс. — Он тоже закашлялся, но думал только о ней, а не о себе.

Он подхватил её на руки и утащил в самый дальний от шашек угол комнаты, но к тому моменту у неё уже начало темнеть в глазах.

— Нет, нет. Ну же. — Он похлопал её по щекам, его глаза метались в панике. — Останься со мной.

Она хотела остаться с ним.

Боже, она хотела этого больше всего на свете.

Но её разум и тело угасали, и она была бессильна это остановить. Последнее, что она увидела перед тем, как тьма полностью поглотила её, была слеза, скатившаяся по его тёмному лицу.

* * *

— Халани, дорогая.

Мягкий голос, подобно далекой мелодии, донёсся до неё.

— Проснись.

Её глаза резко раскрылись. Она сидела на полу в холодной, тёмной комнате, и прямо над её головой ненадежно болталась одинокая лампа.

— Винни? — Она заморгала, ища хоть какой-то луч надежды во тьме.

— Я здесь. — Голос Винни донёсся с другой стороны комнаты: она сидела перед столбом.

Халани тут же дернулась вперёд, но её плечи резко зафиксировало сзади. Она поморщилась, понимая, что прикована цепью к трубе точно так же, как и Винни.

Такеши и Дерека нигде не было видно.

Она осмотрела небольшое помещение в поисках выхода, и когда заметила шаткую лестницу, Халани застонала, откинув голову назад и ударившись о металл.

— Что такое, Халани? Ты знаешь, где мы? — отчаянно спросила Винни.

— Когда мы только пришли в Пустынный Источник, нас допрашивали прямо здесь.

— Как думаешь, что теперь будет?

— Не знаю. Нам нужно выбраться из этих цепей и найти остальных. — Она снова дернула путы, сжав зубы от того, как больно скрутило плечи.

Им нужно бежать.

Ей необходимо предупредить свою семью. Халани понятия не имела, сколько они пробыли без сознания, но Ансел нападёт уже сегодня ночью. Если они не поднимут ворота, он найдёт способ перебраться через стены и вырезать их всех.

Она рванула цепи ещё сильнее, рискуя снова вывихнуть плечо, когда на лестнице раздался тяжёлый стук грубых ботинок.

Её желудок сжался, когда Предводительница спустилась на нижнюю ступеньку. Она была одна, без оружия, если не считать деревянного стула, который она волокла за собой.

Халани напряглась, мысленно готовясь к худшему — ей уже приходилось переживать невообразимую боль от рук доктора ШТРАУСА.

Но теперь привязана и Винни…

Лицо Предводительницы было мрачным, когда она прошла в центр комнаты и поставила стул. Тяжёлый вздох вырвался из её груди, словно неподъемный груз давил ей на плечи.

— Где остальные? — спросила Халани, не в силах скрыть панику в голосе.

— Патреус и стражники присматривают за ними.

— Клянусь, если ты причинишь им вред…

— У нас никогда не было таких намерений, — отрезала Предводительница с оскорблённым видом. — Нас воспитывали иначе.

Халани недоверчиво вскинула брови:

— И как же именно вас воспитывали?

Предводительница замешкалась, медленно садясь на стул. Повесив голову и уперев локти в колени, она сцепила пальцы. В комнате повисла тишина, и первой её нарушила Винни.

— Ты не кажешься такой уж отличной от нас. Но ты ведь другая, правда?

— Я бы хотела сказать «нет». — Губы Предводительницы искривились. — Но чем дольше я здесь нахожусь, тем больше понимаю: мы куда похожи со всеми вами, чем это задумывалось изначально.

Винни нахмурилась, но не проронила больше ни слова — словно боялась, что малейший шепот помешает Предводительнице дать им ответы.

— Я хочу рассказать вам историю. — Предводительница наконец подняла взгляд — измождённый и сломленный. — Я знаю, у вас много вопросов, но я прошу только об одном: выслушайте то, что я скажу.

Халани предпочла бы увидеть, как Предводительница насаживает себя на меч, чем слушать новую порцию лжи. Но, крепко связанным, им ничего не оставалось, кроме как сидеть и слушать.

— Мне было двадцать один год, когда я умерла в первый раз.