Она пристально смотрела на меня, с ненужной силой прижимая тампон к вырванному куску кожи на руке, где Лорен укусил меня в пылу борьбы.

Я даже не поморщилась.

Всё шло хорошо до того момента — двадцать два боя спустя — когда оцепенение исчезло.

Глава 24. Танцуя с богами

Сэйди

Во время девяносто девятого боя женщина-альфа ударила меня пяткой по яичникам, и от боли я на долю секунды потеряла сознание.

Оцепенение выключилось.

Я тряхнула головой: сознание вернулось так же быстро, как и ушло, но мир перестал быть скучным и лишенным эмоций.

Всё стало перенасыщено цветом.

Всё было слишком ярким.

Пока я пошатываясь поднималась на ноги, прозвенел звонок.

Я ахнула — боль от стольких боев захлестнула меня волной агонии.

Я бы закричала (у меня было сломано как минимум десять костей), но я захлебывалась кровью, которая хлестала из разбитого носа и стекала в горло.

Молли мгновенно почувствовала неладное и помогла мне встать.

Её красивое лицо то появлялось, то исчезало из виду, и она говорила мне откуда-то издалека:

— Всего один бой. Ты должна выжить в нем и не потерять сознание. Ты на всё способна.

Меня вырвало кровью.

Она забрызгала мне грудь.

Молли хлопнула меня ладонью по спине.

— Сэйди, если ты проиграешь, ты умрешь. Соберись, сейчас же!

Она ударила меня сильнее, и выплеснулось еще больше крови.

Выжить. Я должна выжить.

Бог солнца, как же я ненавидела выживать. Это было чертовски больно.

— Ты меня слышишь? — Она затрясла меня из стороны в сторону, и мои зубы застучали за капой. Меня стошнило, когда пара выбитых зубов попала в горло.

Вот тебе и капа.

— Сэйди! — Она вылила мне на голову ледяную воду и вонзила еще одну иглу в руку.

Если еще хоть один человек в этом королевстве меня уколет, клянусь богом солнца…

— Ты меня слышишь?

То, что она мне ввела, заставило мои пульсирующие глаза широко распахнуться.

Адреналин хлынул по телу.

— Это вообще законно? — спросила я.

— Нет. А теперь защищайся в течение десяти минут, слышишь меня?

Я решительно кивнула и развернулась. Однако гравитация была не на моей стороне, и сломанные ноги подкосились.

Раздался голос Зи:

— Посвященные, вам запрещено покидать ринг, чтобы помогать другому посвященному.

Кто-то закричал, послышались звуки борьбы.

Зи закричал, и раздались щелчки десятков снимаемых предохранителей.

— Кобра, Джакс, Ашер, Ксеркс, я прострелю вам лбы, если вы покинете свои ринги до окончания этого испытания!

Снова звуки драки.

Я устало махнула рукой в их сторону, пытаясь успокоить их, но мне было слишком больно делать что-то еще.

Зи проорал:

— Эти пули зачарованы специально, чтобы убить альфу! У вас есть секунда, чтобы вернуться на свои ринги, иначе в вас выстрелят!

Кобра зашипел.

Я сделала единственное, что могла: показала ему непристойный жест.

Неважно, что мой средний палец был согнут под странным углом и не двигался. Это был мизинец.

Но я надеялась, что он поймет суть.

После долгих томительных мгновений я расслабилась с облегчением, когда выстрелов не последовало. Я даже не могла повернуть голову, чтобы посмотреть. Шея болела невыносимо.

Агония пульсировала, и комната, полная дыма и тумана, извивалась и кружилась вокруг меня, как живое чудовище.

С затуманенным зрением я вцепилась в канат по краю ринга, чтобы удержаться на ногах.

Моё прерывистое дыхание казалось слишком громким.

Горячая кровь текла из порезов на лбу и заливала глаза, а мои сломанные пальцы дрожали, когда я пыталась её вытереть.

У меня не хватало почти всех ногтей — я смутно помнила, что какой-то противник вырвал их зубами.

Как креативно.

Прозвучал гонг.

Огромная волосатая нога перешагнула через канаты и вошла на ринг.

Самый крупный альфа, с которым я когда-либо сталкивалась, безразлично поводил лысой головой из стороны в сторону. К его губам прилипла сигарета.

Это был тот самый альфа, который пустил мне дым в лицо, когда я впервые пришла в тренировочный центр.

Его темные глаза были плоскими, но улыбка выражала чистый восторг.

Будет больно.

Прежде чем я успела вздрогнуть, он прыгнул на мат и ударил меня в нос своим огромным кулаком.

Красные, черные и белые искры заплясали перед глазами, и кровь хлынула из горла.

Я бы закричала, если бы мой голос еще работал.

Мои скулы были вдребезги, и когда я открыла глаза, всё, что я видела, было красным.

Я свернулась калачиком, пока удары рук и ног сотрясали моё тело. Мои кости лопались, как попкорн, и невыносимая агония быстро начала угасать по мере того, как сознание уходило всё дальше и дальше.

Десять минут казались целой жизнью.

Слишком долго.

Выстрела не было, и я выжила.

Боль становилась всё более далекой, и я с готовностью приветствовала тьму.