— Возвращение в это королевство дается мне нелегко, но это не оправдание. Твои слова задели меня и всколыхнули плохие воспоминания. Я раздавлен тем, что так напугал тебя, и обещаю: это больше не повторится.

Я притворилась спокойной, не психованной девушкой, которая точно не обсуждала его в негативном ключе с Аран целый час посреди ночи, и спокойно кивнула.

— Я знаю. Это просто было неожиданно.

Я помолчала, пытаясь объяснить, что задело меня больше всего.

— Я ожидала подобного высокомерия от других мужчин, но не от тебя.

Желвак на его челюсти дернулся. Голос Ксеркса превратился в низкое рычание.

— За что, по-твоему, я извиняюсь?

У него что, кратковременная потеря памяти?

— За всё это — лапанье меня там и поведение в духе «я могу отдавать тебе приказы». Очевидно же.

— Прошу прощения?

От Ксеркса буквально исходила мощь, он расправил плечи, словно готовясь к битве.

— За что прощения? — я поджала губы. Снова казалось, что я упускаю какую-то важную часть разговора.

Медовый акцент Ксеркса стал гортанным.

— Я извиняюсь за то, что ударил в стену и напугал тебя. Всё остальное было абсолютно преднамеренным.

Я не смогла сдержать смех, сорвавшийся с губ. Сначала агрессия меня сбила с толку, но когда я проснулась в два часа ночи и поговорила с Аран, я поняла, что не это меня злило на самом деле. Суть проблемы была в том, что очередной мужчина прижал меня к стене и заявил, что я принадлежу ему.

Конечно, большая часть меня считала, что это сексуально. Но, как красноречиво выразилась Аран: «Знаешь, что возбуждает больше? Уважение». Готовый слоган для футболки.

Ксеркс положил руку на рукоять ножа. Явная угроза. Враждебность нарастала. Чтобы не отставать, я прикусила нижнюю губу, пока капля крови не скатилась по подбородку. Мы оба были готовы к драке. Его пальцы сжались на рукояти. Я определенноне думала о том, как эти же пальцы ласкали меня несколько часов назад. И точноне замечала сетку вен, проступающую на его кистях и предплечьях.

Я шагнула вперед, вторгаясь в его личное пространство. Мой голос был низким и угрожающим:

— Не пойми меня неправильно. Если ты еще хоть раз поднимешь руку рядом со мной в порыве насилия, я заражу тебя своей кровью и превращу в своего гребаного слугу. Но если ты думаешь, что я позволю тебе проявлять неуважение, пытаясь доминировать надо мной в сексуальном плане, то ты заслуживаешь кое-чего другого.

Желвак на его челюсти снова дернулся, и я не удержалась от саркастичного вопроса:

— Понимаешь, о чем я?

Ксеркс усмехнулся:

— Нет, не понимаю.

Я закатила глаза, потому что выразилась предельно ясно.

— Мне плевать, что ты разнервничался и проявил немного агрессии. Мне важно, что ты решил, будто можешь трогать меня и...

— Замолчи, — перебил он.

— Что ты мне сейчас сказал?

Он произносил слова медленно, раздельно.

— Так ты думала, что я извиняюсь за слова о том, что владею тобой? За то, что трогал тебя там, когда ты промокла?

— Да! — твердо сказала я и вызывающе качнула бедрами, будто я сумасшедшая и грязные слова меня ни капли не возбуждают.

Внезапно Ксеркс метнулся вперед и мягко обхватил рукой мое горло. Вся мягкость исчезла. Убийца вернулся.

— Что ты там говорила, Альфа? — прошептал он, слегка усиливая давление. Мои ноги задрожали, в паху возникла тянущая потребность. Он насмешливо улыбнулся мне.

Чертов омега точно знал, на какие кнопки нажимать. Его издевательский взгляд заставил меня потерять контроль, и я оттолкнула его руку.

— Не смей, блядь.

Он замер в неестественной неподвижности.

— Так ты думаешь, раз я омега, я буду твоей сучкой? Что я не могу владеть тобой? Тебе нравятся те, другие мужчины, а я — нет, потому что я не альфа? — Его слишком красивые ресницы дрогнули, а пульс на шее бился так неистово, будто хотел выпрыгнуть из кожи.

На секунду я потеряла дар речи. Какая поразительная мужская наглость. Лютая ярость захлестнула меня, когда я вспомнила, кто я такая, черт возьми.

— Ты думаешь, те мужчины правда владеют мной? Думаешь, я — приз, на который можно заявить права?

— Это не так, — сказал Ксеркс, но жар в его глазах говорил об обратном.

Оставалось только одно.

— Отвали. — Я ударила его коленом в пах и пошла прочь по коридору. На всякий случай я крикнула: — Следующего, кто скажет, что я его, сожрет мой тигр!

Джакс высунул голову из двери и моргнул уставшими глазами.

— Ты в порядке, маленькая альфа?

Кобра пробурчал что-то невнятное из глубины комнаты. Джакс обернулся, послышалась короткая возня. Судя по тому, что Джакс снова стоял в дверях, а Кобры не было видно, Джакс победил.

— Тебе нужно, чтобы я кого-нибудь убил? — серьезно спросил он.

Почему Джакс — единственный мужчина во всех королевствах, который не ведет себя как полный козел?

— Нет, и я не хочу об этом говорить! — огрызнулась я и пошла дальше.

— Конечно. — Джакс спокойно пошел за мной, когда я вошла на кухню.