— Но они не будут отвлечены долго, так что слушай. — Я кладу телефон-кирпич на пол и снова хватаюсь за решетку, глядя Бобби прямо в лицо. — Мне нужно, чтобы ты достал мне поддельное удостоверение личности, и быстро. Мы можем использовать этот телефон, чтобы ты сделал все нужные звонки. Белль заберет его для меня. — Я излагаю детали, чтобы показать, что у нас есть четкий план. Когда логистикой занимается дочь Ордена — это самое близкое к «безопасной операции», что только можно получить. Если у кого и есть шанс обойти бдительное око Приста, так это у кого-то вроде нее.

Но Бобби прищуривается, его восковые, сморщенные пальцы крепко вцепляются в прутья. Боже, как он изменился всего за несколько недель. Я не могу представить, через что Прист заставил его пройти, чтобы довести до такой степени физической деградации.

— Он узнает, что ты задумала, Хейли. — В его тоне звучит предостережение, прутья впиваются в кожу на его лбу. — Если ты думаешь, что смогла его обхитрить, то, скорее всего, только потому, что он сам этого захотел.

— Нет, не в этот раз. При такой охране вокруг я никак не смогу сбежать, и это все, что его волнует. Он не отслеживает каждый мой шаг внутри дома или на территории. — Хотя я часто чувствовала, как он наблюдает за мной, но, возможно, это были лишь плоды моего воображения.

Бобби фыркает.

— Ты думаешь, что так хорошо его знаешь. Кошечка, ты еще даже поверхность не поскребла. — Он пытливо склоняет голову. — Ты никогда не задумывалась, почему он выставил так мало охраны между тобой и мной? Всего несколько человек? Он знал, что рано или поздно ты захочешь меня навестить. И он ведь запретил тебе это делать, не так ли?

— Нет, — спокойно отвечаю я. — Вообще-то, не запрещал, по крайней мере, прямо. Вероятно, потому что он хотел, чтобы я спустилась сюда и увидела тебя в таком виде. Он намеренно хотел, чтобы я посмотрела на то, что он с тобой сделал.

Лицо Бобби обмякает, будто до него тоже только сейчас начало доходить.

— И он хотел, чтобы ты знала: это сделал именно он. За решеткой я не могу быть для тебя угрозой. Только развлечением.

— Что меня удивляет, — говорю я, пользуясь моментом, — так это то, что он не побоялся, что ты можешь мне о нем рассказать, если представится случай. Ну, ты понимаешь... ту часть про «будет только хуже»?

Хриплый смех вырывается из груди Бобби.

— Он знает, что я не заговорю. Думаю, это одна из тех вещей, которые его забавляют. Он убьет меня, так что я буду держать рот на замке в любом случае. Ты могла бы махать свободой у меня перед носом, как костью перед голодным псом, и я все равно бы, сука, не заговорил.

И все же я давлю.

— Разве это могло бы быть намного хуже того, что он уже с тобой сотворил?

— Ты даже вообразить не можешь. То, что ты видишь здесь — ничто. Капля в море. Он может сделать гораздо хуже. У него на это фантазии хватает, и ему это,блядь, нравится.

Волоски у меня на теле встают дыбом, потому что в его пустом, зловещем голосе звучит правда, и это меня ужасает.

Он наклоняет голову в сторону, всматриваясь мне за спину в коридор, а затем придвигается ближе.

— Допустим, я заинтересован, — шепчет он. — В конце концов, если подумать, ты права. Я имею в виду, он определенно может сделать хуже, но я покончу с собой раньше, чем это случится. Сейчас я в его власти, он может пытать меня самыми извращенными способами. Он измотает меня, а потом будет смотреть, как я умираю долгой и мучительной смертью. Если я выберусь отсюда, он начнет на меня охоту, но так у меня хотя бы появится шанс.

Я чувствую, как мое лицо светлеет, но когда я открываю рот, чтобы поблагодарить его, он меня обрывает.

— Но сначала расскажи, как ты собираешься меня отсюда вытащить. Мне нужен план, в который я смогу поверить.

— Он у меня есть.

— Выкладывай, шаг за шагом.

Я наклоняюсь к нему и шепотом излагаю детали.

— В ночь бала Райан перекусит решетку специальными щипцами — он работает на Киру и очень хочет ей угодить, так что сделает все, что она скажет. Прист будет во Дворце Лавлесс вместе со своими лучшими людьми. Они понадобятся ему, чтобы противостоять охране дворца и Триумвирата. Он будет полностью сосредоточен на миссии. Тюрьма Бобби будет последним, о чем он вспомнит.

Что касается меня, я уже разработала план, как выбраться в ту ночь с помощью Белль и Киры. Кира останется внутри и прикинется мной. Люди Приста будут охранять двойника, все их внимание будет приковано к ней. А я выберусь вместе с Белль под видом Киры.

Бобби обдумывает это, и как раз в тот момент, когда мне кажется, что он готов ответить, телефон между нами вибрирует. Наши взгляды мгновенно падают на него.

— Бобби, мне нужен ответ прямо сейчас, — настаиваю я, подбирая устройство.

Но он лишь смотрит на меня немигающим взглядом. Он колеблется, и я не могу его винить. План хорош, но не идеален. Я нажимаю на массивную кнопку и прижимаю трубку к уху, не сводя глаз с Бобби.