Он взял меня с собой лишь однажды, и это действительно было самое роскошное мероприятие, которое я когда-либо видела — хоть в СМИ, хоть в интернете, хоть в кино. У меня челюсть отвисла в ту секунду, когда я вышла из машины, и не закрывалась еще несколько дней. Сказать, что это был незабываемый опыт — значит ничего не сказать. Речь об огромных светильниках, похожих на драгоценные камни, слепяще-богатых платьях, фонтанах шампанского, знаменитостях и монарших особах на каждом шагу.

И каждый раз Бобби возвращался, изрыгая проклятия и громы, потому что его приглашение никогда не обходилось без условий. Элита всегда чего-то от него хотела. И всегда это «что-то» было почти невыполнимым, незаконным и ставило его жизнь под угрозу.

А это значит...

— Если Прист заставил Келли сделать это, значит, он что-то замышляет.

Почему-то в голову приходит мысль о том, что он собирается прикончить Триумвират; сердце ускоряется от тревоги, хотя теоретически он просто хочет знать, почему я так важна для Ордена, раз они приставили его ко мне в качестве охраны.

Нет, зачем ему это делать?

Затем прокрадывается истинная причина...

Если еще вчера Прист Уорд подумывал о том, чтобы отойти в сторону после завершения миссии, оставив меня навсегда, то теперь он об этом даже не думает. Он хочет держать меня мертвой хваткой, хотя бы для того, чтобы наказывать или минимизировать ущерб, который я могу нанести, вернув себе свободу. В конце концов, я слишком много знаю. Но единственный способ захватить такую власть — это избавиться от могущественных людей, управляющих миром и Железным Клириком.

Единственных людей, перед которыми он в ответе.

Так что кровавая баня вполне вероятна.

Должно быть, что-то из этого я произнесла вслух, потому что Белль качает головой, и ее блестящие черные волосы красиво контрастируют с фарфоровой белизной лица. Я замечаю зависть Киры, когда та прищуривается, запуская пальцы в безупречный пух Даклинг, хотя моей беспринципной кошке все равно. Напротив, она выгибает спину навстречу пальцам Киры еще сильнее.

— Нет, — говорит Белль. — Мы говорим о Старшем брате. Он не настолько глуп, чтобы пытаться убрать Триумвират в публичном месте, в гребаной толпе.

— Да, по крайней мере, не в одиночку, — вставляет Кира, но Белль не упускает шанса ее осадить.

— Убрать их не было бы проблемой. — В ее голосе звучат нотки высокомерия, нацеленные в Киру, словно отравленная стрела. — Он самый смертоносный солдат Железного Клира. Его учили сражаться в невозможных условиях, проникать в высокотехнологичные крепости и в самые суровые картели. — Затем, снова поворачиваясь ко мне: — Он может убить Триумвират, но из рядов Ордена в мгновение ока поднимутся новые члены, и они выследят его. Я почти уверена, что ему это не нужно.

Кира фыркает.

— Да ладно тебе. Прист Уорд может быть Терминатором в реальной жизни и все такое, но он никак не сможет в одиночку уложить десятки профессиональных бойцов — я имею в виду охрану.

— Старший брат полагается не только на мускулы, — растягивая слова, произносит Белль с гримасой. — Он силен и в мозгах, в стратегии. Он миллиардер, сделавший себя сам, помнишь?

— Как я могла забыть? Он купил весь гребаный «Gekko» и перевез его сюда, — огрызается Кира, снова сосредоточившись на поглаживании Даклинг, к вящему восторгу мурлыкающей злодейки.

— Нет, бал нужен ему для чего-то другого, — возобновляет Белль, теперь, когда она победила Киру в споре. — Итак, давай подытожим то, что мы знаем на данный момент. Первое: он ищет твое истинное происхождение, — она жестом указывает на меня, — и причину, по которой его назначили охранять тебя.

— Да, но он вряд ли сможет получить эту информацию во время многолюдной вечеринки во Дворце Лавлесс, — говорю я, опускаясь на кресло-мешок у окна и морщась, когда поджимаю под себя ноги. После вчерашней ночи у меня все болит, и я ненавижу то, как чертовски приятно это ощущение.

— Что он назвал следующим шагом, когда разговор с Ирмой ничего не дал? — Глаза Белль блестят, пока она ищет зацепку.

— Мариус, — отвечаю я. — Он сказал, что нам нужно поговорить с Мариусом Лавлессом.

— И почему именно Мариус?

— Потому что это он поручил ему возиться со мной, — продолжаю я. — Но при этом он избегал личного разговора с Пристом по этому поводу и вообще старался не попадаться ему на глаза.

— И теперь Прист использовал Келли, чтобы подобраться к Мариусу и заставить его поговорить.

— Но зачем Мариусу лезть из кожи вон, чтобы избегать Приста? — вступает Кира. — Я имею в виду, разве он, как член Триумвирата, не гораздо могущественнее Приста? Чего ему вообще бояться?

— Мариус не боится, — отрезает Белль. — Ты не заберешься так высоко в Ордене, если ты трус. На самом деле, эти люди...

— Самые отъявленные ублюдки на свете, я поняла, — перебивает ее Кира. Белль прищуривается, словно не может поверить в такую дерзость. — И все же он явно избегает Приста. С чего бы ему это делать, если только он не наложил в штаны от страха?

— Погодите, — выдыхаю я, когда мой мечущийся мозг замирает и фокусируется на чем-то, что Сиренна Торнгрен говорила мне когда-то давно. — Триумвират — единственные люди, обладающие достаточной властью, чтобы освободить Приста от его обязанностей Старшего брата. Может быть...

Мои глаза встречаются с глазами Белль, когда до меня доходит суть.