Повинуясь инстинкту, я потянулась за костяными кинжалами, но на мне не было охотничьей кожаной одежды. Выругавшись, я выхватила меч, которого мы до сих пор почти не касались на тренировках.

Деревянная рукоять и стальной клинок непривычно лежали во влажной ладони. Баланс был ни к чёрту, а сам меч — чересчур длинный. Это чудовище невозможно победить… Прекрати, Зора.

Я глубоко вдохнула и прогнала лишние мысли.

Правило выживания: не смей паниковать.

— Нам нужно одновременно подойти к нему с противоположных сторон, — прошептал Кейн рядом со мной и привычным движением обнажил меч. Он оглянулся на остальных.

Новобранцы Один и Три уже мчались прочь по дюнам, а номер Четыре прижимал к себе голову номера Два и рыдал, уткнувшись в её каштановые волосы. Адмирал стоял на соседней дюне, наблюдал за нами и медленно пятился.

Кейн фыркнул и повернулся ко мне. — Ладно. Придётся нам двоим подойти одновременно. Жало у них очень ядовитое, зато двигается лишь в строго заданных пределах. Вбок они атаковать не умеют. Делай как я. — Смутно припомнилось, как он хвастался, что окончил Стилден лучшим на курсе.

Кейн мелкими шагами двинулся влево, держа меч обеими руками перед лицом. Я последовала его указанию и пошла вправо, но вытянула оружие перед собой одной рукой, как обычно держала кинжал, чтобы между мной и зверем оставалось как можно больше пространства.

Многочисленные глазки-бусинки вращались, следя за нами с пугающей осмысленностью. Восемь тонких ног зашевелились, и все глаза разом сосредоточились на Кейне.

В животе поселилась тяжесть, а инстинкты завопили, требуя изменить план. Скорпион выглядел голодным.

Я остановилась. — Не думаю, что стоит подходить так близко, — прошептала я, сменила направление и медленно шагнула к Кейну. — Ты уверен, что он не может атаковать сбоку? — С каждой мучительной секундой дурное предчувствие усиливалось.

Кейн фыркнул.

— Уверен, крестьянка. Делай, как я…

Жало с невероятной ловкостью метнулось влево — прямо на Кейна, то есть сбоку; в тот же миг я бросилась вперёд.

Глухой удар. Мой клинок начисто отсёк ядовитый отросток, но край жала задел предплечье Кейна. Он завизжал и рухнул на колени — быстродействующий яд уже делал своё дело.

— Бегите! — взревел Адмирал, развернулся и помчался прочь. Новобранец номер Четыре, пошатываясь, поднялся на ноги и побежал следом.

Лютый скорпион попятился, визжа от боли; из изувеченного хвоста на песок хлестала синяя кровь. Клешни оглушительно лязгали, но он не отступил: учуяв раненую добычу, скорпион, как всякий хищник, сосредоточился на Кейне. Из разинутой пасти текла слюна.

— Зора? — ухнул Сквайр.

— Пока не смотри, — резко приказала я; ноги дрожали от желания броситься в безопасное место. Лучше уж лютый медведь, чем это чудище. По крайней мере, умирая, я не смотрела бы в двенадцать жутких глаз.

Кейн скулил от боли, зажимая руку. Плоть медленно чернела. Он выживет, если руку ампутируют прежде, чем яд достигнет сердца.

Клац. Клац. Клац. Острые как бритва клешни угрожающе смыкались с леденящим кровь лязгом, а лютый скорпион отбрасывал ногами песок, словно готовился к броску.

Я шагнула назад.

Кейн не заслуживал моей доброты, ведь в его глазах я была всего лишь нищей неотёсанной крестьянкой. Я была хуже только потому, что на моём банковском счёте не лежали золотые монеты и я не получила престижного образования.

— Номер Шесть, уходите оттуда! — крикнул издалека Адмирал.

Хороший солдат подчиняется приказам. Ноги заскользили. Я стояла у самого края дюны.

Я приготовилась бежать.

Раскалённая пустыня исчезла, и я растерянно заморгала. Подняла ладонь. Крупные снежинки падали на тёплую кожу, жалили её и таяли.

Что, во имя проклятых?..

Всё было настоящим.

Вокруг высились знакомые ели, покрытые сверкающим льдом. Бесплодный лес великого Севера — мой дом — простирался во все стороны.

На морозе дыхание вырывалось белыми облачками. Снег тихо кружился и оседал на плечах и ладони.

Резкий запах грозовой магии обжёг нос изнутри, а на краю зрения засиял яркий изумрудный свет, но стоило попытаться к нему присмотреться, как он исчез.

Я завертелась на месте; снег громко хрустел под ботинками.

— Помоги! — взмолился Кейн, мучительно всхлипнув.

Волоски на затылке встали дыбом. Кейн стоял в лесу на коленях, плакал и смотрел на нависшую среди деревьев тень.

Сердце болезненно колотилось о рёбра, разгоняясь от предвкушения. Твёрдой рукой я направила меч на неясный силуэт зверя.

И бросилась в атаку.

В одно головокружительное мгновение вернулась пустыня.

Что ЭТО было?

Пальцы болезненно закололо, когда лютый холод сменился удушающим жаром. Ослепительный солнечный свет выбелил всё вокруг. В нём лютый скорпион казался лишь бирюзовым контуром.

Сосредоточься, Зора.