На секунду горло сжал чистый ужас, но новая волна изнеможения вытеснила его. Болезненно застонав, я заставила себя выпрямиться; Сквайр едва удержал равновесие на макушке. Тарантул шагнул ко мне, и будь его глаза кинжалами, они пронзили бы меня насквозь. Я резко отшатнулась, налетела на солдата; голова кружилась.

Задание.

— Где Маршал? — Я повернулась к солдату, на которого наткнулась, не желая больше ни секунды оставаться в ужасном обществе Тарантула. — Мне нужно с ней поговорить. Сейчас же!

Несколько минут спустя я сидела у одного конца деревянного стола в строгой комнате для совещаний, а Сквайр устроился на моём плече. Тарантул расположился у другого. Сначала он сел рядом со мной, но я пересаживалась, пока между нами не оказалось достаточно пространства, чтобы избежать происшествия.

Маршал вошла, когда я в третий раз меняла место, и выглядела раздражённой. Теперь она тёрла виски, будто от головной боли.

— Ему нужно больше цепей, — сказала я и безмолвно взмолилась, чтобы она поняла, насколько всё серьёзно.

— Запрос отклонён. — Голубые глаза оставались холодными и не выдавали узнавания. — Сажа согласился обучать вас в обмен на помилование. Он уже закован и носит ошейник. Вы оба научитесь доверять друг другу, а вам, Рыцарь, предстоит овладеть своими способностями. Для вас обоих это возможность.

Я растерянно посмотрела на неё. — Кто… такой Сажа?

Она указала на Тарантула.

— Вы дали ему имя?

Тарантул фыркнул. — Она ничего мне не давала…

— В знак доброй воли он сообщил настоящее имя. — Маршал смотрела проницательно, словно пыталась что-то мне передать. — Ради блага Содружества вам придётся оставить в прошлом личные предубеждения и старые обиды на Сажу. — Она вскинула бровь, как будто вызывая меня на спор. «Ради Задания» осталось невысказанным.

— Перестаньте его так называть! — Я ударила кулаком по столу, прикидывая, под каким углом лучше его опрокинуть и раздавить Тарантула.

— Сажа?

— Он Тарантул, — выплюнула я, окончательно потеряв контроль. — Он не человек. Он мерзкое насекомое.

— Паучья шлюха, — торжественно пропел Сквайр (помог), а потом добавил: — Потаскуха. (Уже перебор.)

Маршал выглядела озадаченной, но быстро взяла себя в руки. — Сажу долго допрашивали, и он сообщил нам… впечатляющие сведения. Он поклялся не причинять вам вреда. — Она свирепо посмотрела на него. — Ему известны последствия.

Тарантул напрягся на стуле.

Комната была полна лжи.

Измученная бессонной ночью, я указала на него. — На лице написано предательство, изо рта льётся грязь, а глаза обещают возмездие. Он меня убьёт… Я чую это по запаху. — Я замолчала, пытаясь выразить невыразимое и не поставить Задание под угрозу. — Его нужно сковать надёжнее…

— Молчать, солдат! — Маршал ударила по столу. Глубоко вдохнула и переложила папки. — Сажа — ваш новый напарник. Оставьте эту тему, Рыцарь.

Я прикусила язык, и во рту разлился металлический привкус.

— После полудня вы будете тренироваться с ним — на его усмотрение. — Она поднялась. — Завтра в полдень встретимся и продолжим заполнять… пробелы в вашем образовании. Сегодня вы освобождены от занятий, чтобы привыкнуть друг к другу. Как только добьётесь хотя бы относительного мастерства, вас обоих станут отправлять на задания вместе с близнецами. Мы перехватили сведения о готовящемся нападении Империи. Помните о долге. Вы нам нужны.

Я ссутулилась. — Пожалуйста…

Маршал вышла и захлопнула дверь, оборвав меня.

Мы остались одни.

Тарантул лениво откинулся на спинку и забросил роскошные кожаные ботинки на стол. — Ты вся как на ладони, вассал. Гнев делает тебя слабой… тобой легко управлять. Уроки этикета пошли бы тебе на пользу…

— Почему ты всё время меня так называешь?

Уголок его губ задёргался в попытке сдержать улыбку. — Я зову тебя так, потому что ты мой вассал — моя. — Он говорил обо мне как о вещи, которой можно владеть.

— Молчи, грязный негодник, — пропел Сквайр.

— Следи за речью, крошечная птица, — отчитал его Тарантул с чопорным, осуждающим видом.

— СОЛЁНАЯ ШЛЮПКА! — во всю глотку крикнул Сквайр. Я не поняла, не имел ли он в виду «шлюху», но побоялась уточнять.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, я отодвинула стул и невозмутимо кивнула. Потом бросилась через стол и опрокинула его кресло. Тарантул упал навзничь с удивлённым криком.

Распластавшись на полу, он приподнялся на локтях и пронзил меня взглядом. Я обнажила спрятанный костяной нож, который, строго говоря, правила Багровой армии запрещали носить при себе — но отчаянные времена требуют отчаянных мер, — присела рядом и направила остриё ему в лицо.

— Нет. — Я положила клинок ему на лоб. — Для меня ты навсегда останешься Тарантулом — мерзким ядовитым насекомым, которым и являешься. Если попытаешься причинить мне вред, я сделаю с тобой… отвратительные вещи.