— Мне по-настоящему больно это говорить, Ревери, потому что я действительно хотела наладить с тобой отношения, но вам обоим нужно держаться от меня как можно дальше. Пока ты не разберёшься со своим отцом и… — она пренебрежительно просканировала меня взглядом с ног до головы, — …и не бросишь этого присосавшегося к тебе паразита, ничего не выйдет.

С этими словами она бросает на меня ещё один ядовитый взгляд, после чего отступает назад и захлопывает дверь прямо перед нашими носами. Шокированная Рев моргает, беззвучно открывая и закрывая рот в попытке переварить случившееся. Я же, напротив, нахожусь в двух секундах от того, чтобы выбить на хер дверь Рокси и заставить её извиниться перед Рев.

Это было просто чертовски грубо.

Рев встречается со мной взглядом, и в её глазах крутится целый вихрь эмоций. Она в ярости, и это видно отчётливее всего.

— Мне… мне нужно домой, — произносит она и на автомате разворачивается, проходя мимо меня. Не оглядываясь, она бросает на ходу: — И ради бога, Дред, не вздумай, блядь, идти за мной.

Прищурившись, я смотрю ей вслед, пока её аппетитная задница притягательно покачивается в этих обтягивающих джинсах. Ладно, дам ей остыть, пока у меня идёт тренировка, но в этом чёртовом общежитии она не останется.

Когда она скрывается за углом, я поворачиваюсь и снова стучу в дверь Рокси.

— Да господи! — доносится с той стороны, после чего она громко топает и снова распахивает дверь. Заметив меня, она вздрагивает, а я требовательно протягиваю руку.

— Отдай записку и волосы.

На её лице ходят желваки — она решает, стоит ли подчиниться. В конце концов она вытаскивает их из заднего кармана и швыряет мне в руку.

— А теперь уходи, — огрызается она.

Я порочно ухмыляюсь и подаюсь вперёд на пару сантиметров. Рокси тут же напрягается, а в её взгляде на миг вспыхивает чистый страх.

— С радостью. Но для начала: больше никогда, блядь, не смей так разговаривать с моей девочкой. Иначе, когда я отправлю твою задницу в ад, очнуться там рядом с дьяволом покажется тебе грёбаной милостью. Поняла?

Она отпрянула в шоке, но я не стал ждать ответа.

Не у неё одной есть парень, способный на убийство. Разница лишь в том, что я сделаю это ради своей девочки, в то время как Лайонел сделает это со своей.

Я выхожу из спорткомплекса навстречу прохладному воздуху как раз в тот момент, когда в наш общий чат с Севереном и Роугом приходит сообщение. Хмурюсь, не понимая, к чему этот вопрос. Я только что закончил тренировку по плаванию за сборную США и теперь направляюсь на поиски Ревери, чтобы забрать её и утащить к себе.

Ответ приходит мгновенно. Это видео, и на заставке красуется то, что очень похоже на дверь комнаты в общежитии. Следом прилетает ещё одно сообщение.

Внутри зарождается нехорошее предчувствие. Я кликаю по видео и прибавляю громкость. Дверь на записи яростно дрожит, и я тут же узнаю приглушённые звуки наших с Ревери стонов: то, как она выкрикивает моё имя. Раздаётся громкий глухой удар — судя по всему, это тот момент, когда я врезал кулаком по двери, а следом доносится хихиканье тех, кто снимал это прямо из коридора.

Бля-я-я-я-я-дь.

Сообщения летят одно за другим почти без остановки.

Плотно сжав губы, я тяжело выдыхаю через нос и выхожу из чата, хотя эти двое продолжают нещадно разрывать мне телефон всякой хернёй.

Однако Северен прав.

Ревери меня точно убьёт, но только если тренер не прикончит меня первым.

На телефоне у меня просто тонна сообщений: несколько от моего менеджера Джоны и пиарщицы Кэрри, четыре от репортёров из разных изданий с запросом на комментарий, несколько от парней по команде и ещё какие-то с незнакомых номеров…

Это полный пиздец.

Я закрываю сообщения, пока окончательно не лишился рассудка, и со стоном грубо провожу ладонью по лицу, пытаясь решить, с кем из них разбираться в первую очередь. Это будет огромный удар по моей репутации. Видео стопудово разлетелось по всем соцсетям, и если, блядь, на CVN до сих пор нет статьи об этом, то только потому, что все их журналисты каким-то чудом одновременно скончались.

Я быстрым шагом иду к машине и запрыгиваю внутрь. Завожу двигатель и врубаю обдув горячим воздухом, чтобы отогреть стёкла. Откинувшись на сиденье, я снимаю блок с телефона, чтобы сделать первый звонок.

И твою же мать… если заставка, где я слизываю слезу Рев, — это не дурное предзнаменование, то я вообще тогда хрен знаю, что это.

Первым делом я нахожу номер тренера и жму на «вызов». Он уже уехал домой, и, честно говоря, я не уверен, что у меня нашлись бы яйца вывалить такую новость прямо ему в лицо.

Он снимает трубку ещё до того, как завершается первый гудок.

— Я как раз собирался тебе звонить, говнюк. У тебя, блядь, должно быть охеренно веское оправдание тому, какого хрена в сети распространяют твоё долбаное секс-видео, грёбаный ты дебил.

Да уж, он в ярости.

— Я бы не назвал это секс-видео, — бормочу. — Нас там не видно.

— И что ты, блядь, тогда делаешь на этом видео, Келлан?! — рявкает он.

Я плотно сжимаю губы, предпочитая на это не отвечать.

— Ну?!

Я тяжело вздыхаю: