— Не смей, блядь, так его называть, — огрызается Рев, когда испуганный взгляд Рокси натыкается на её тяжёлый, уничтожающий взгляд. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, так что завали свой поганый рот. Он, блядь, не лжец и никогда им не был.

Её слова вызывают какую-то первобытную реакцию на физическом уровне во всём теле, но я даже не знаю, как это назвать — раньше ничего подобного чувствовать не приходилось. Ощущение настолько мощное, словно меня ударили в грудь, но без боли, и просто перехватывает дыхание.

Я медленно перевожу взгляд на Ревери, впитывая бушующий огонь в её глазах, кипящий под спадающей на них небрежной чёлкой, раздувающиеся ноздри, сжатые кулаки.

Мои руки сжимаются от потребности сделать… хоть что-нибудь. Намотать её волосы на кулак, сжать горло и… блядь, поглотить эти хорошенькие губы своими.

Эта потребность выжигает меня изнутри, пока не вытесняет собой все остальные чувства. Оставаться сейчас неподвижным — всё равно что сопротивляться притяжению черной дыры, затягивающей внутрь. Мои кости гнутся в её сторону, и они просто сломаются, если я не поддамся этой воронке.

— Почему ты его защищаешь? — Рокси уставилась на Рев, тяжело дыша от шока и ярости, от которой её лицо стало ярко-красным.

Я снова перевёл всё внимание на неё, и слова сорвались с моих губ прежде, чем мозг успел дать разрешение:

— Она моя девушка.

Ревери прикрывает глаза с обречённым вздохом, заставляя меня выгнуть бровь. Чертовски мило, что она действительно надеялась, будто я оставлю это так просто. Особенно после того, как целый час развлекался с её фонтанирующей киской.

Я думал, что случай в раздевалке был просто совпадением — результатом многолетних взаимных издевательств, которые в итоге дошли до точки взрыва. Ну не может такой невероятный секс повториться дважды, поэтому я убедил себя, что в следующий раз всё будет иначе.

И я оказался прав.

Проблема в том, что второй раз оказался ещё более крышесносным.

Я про то, что, блядь, влил ей в рот её же смазку, а потом заставил вернуть её мне — прямо изо рта в рот. Мы теперь практически женаты.

— Что?! — визжит Рокси так, что закладывает уши.

Рев морщится, а мне в этот момент хочется её ударить. Нужно вообще запретить законом визжать на таких частотах, если только ты не мечтаешь остаться без зубов.

— Почему ты с ним встречаешься?! Из-за него Лайонел сел в тюрьму, Ревери! Это же… это же жестокое предательство по отношению к твоему отцу! Как ты могла так поступить?

Ревери выставляет ладонь, призывая к спокойствию.

— Мы не⁠…

— Позволим тебе нас стыдить, — настойчиво перебиваю я.

На этот раз Рев обречённо стонет. Мысленно делаю пометку обсудить с ней позже, как сильно попытки превратить меня в грязный маленький секрет ранят мои чувства.

Вообще-то, моя толстовка всё ещё мокрая от её оргазма.

Нельзя трахнуть меня на полу в своей комнате в общаге, потом приходить сюда и защищать мою честь, заставляя снова мечтать зарыться в неё языком, а после вести себя так, будто я пустое место.

Это чертовски больно.

Шокированный взгляд Рокси на пару секунд мечется между нами двумя, после чего замирает на мне. В её глазах отражается чистая ненависть, но даже если бы все мои чувства не были забронированы за стоящей рядом блондинкой, мне всё равно было бы глубоко насрать.

— Ты издевался над ней последние четыре года. Какого хрена ты теперь с ней встречаешься?

Мои губы растягиваются в волчьей ухмылке.

— Ну, если тебе действительно хочется знать, Рокси... Когда женщина обладает золотой киской, фонтанирующей жидким кокаином, а вдобавок и виртуозным языком…

— Знаешь что?! — громко перебивает Рев. Её щёки вспыхивают вишнёво-красным, а медные глаза горят ярче прежнего. — Это явно было огромной ошибкой. Мы просто хотели узнать, причастна ли ты или Лайонел к погрому в моей комнате, записке и к волосам. Вот и всё. Но раз Лайонела здесь нет, то… то я, блядь, уже вообще ничего не понимаю! — последняя фраза вырывается из неё бурным потоком отчаяния.

Рокси нехотя переводит свой полный злости взгляд с меня на неё.

— Это не могут быть мои волосы, — горько произносит она. — Прошлые выходные я провела с Лайонелом, но он не срезал у меня волосы, потому что он не Локсмит. И сегодня утром у него встреча с инспектором по УДО, так что он никак не мог быть здесь. К тому же он бы не поехал сюда, не предупредив меня.

Ну да, конечно.

— И вообще, это даже не его почерк. У меня есть сотни писем, которые это докажут. Так что человек, который разгромил твою комнату, скорее всего, стоит прямо рядом с тобой и пытается подставить твоего отца. Или ты уже забыла, что спишь со своим собственным врагом?

Ревери сжимает челюсти, пока Рокси принимает оборонительную позу, враждебно скрестив руки на груди.