Она смотрит через лужайку на Эверетта, который перекидывается футбольным мячом с друзьями. Группа девушек сидит на одеяле неподалёку, восхищённо наблюдая за ними. Девушка с мелированными волосами, София, в центре них. Если это место такое же клише, как я думаю, они – чирлидерши.

Час поклонения Эверетту прерывается, когда Мистер Совершенство отдаёт мяч одному из друзей и бежит к парковке за лужайкой. Чёрный мотоцикл подъезжает и останавливается почти прямо перед Эвереттом.

Мой взгляд – вместе со всеми остальными – устремляется в ту сторону. Водитель снимает шлем и проводит рукой по грязно–светлым волосам, которые выглядят так, будто он только что встал с постели.

Если бы у Всеамериканского Эверетта вообще был соперник за корону короля школы Крокетта, это был бы этот парень. Но я предполагаю, что этот парень не захотел бы быть королём такого места. Он из тех, кто приезжает в школу с опозданием на несколько часов просто потому, что ему плевать на всё.

Моё впечатление о нём как о мрачном одиночке рушится в ту секунду, когда Эверетт хлопает парня по плечу. Вскоре они уже о чём–то смеются.

Кажется, они не замечают, что все ученики смотрят только на них. Неудивительно. Они оба привлекательны по отдельности, но вместе? Это нечто невероятное.

– Кто это? – настороженно спрашиваю я.

Жасмин загадочно улыбается.

– Чейз Хедлунд. Он производит такой эффект на людей.

– Какой эффект? – Я поворачиваюсь и хмуро смотрю на неё.

– Это вайб плохого парня, который от него исходит. Девчонки любят стоять и пялиться на него. И парни тоже.

– Несправедливо, что столько сексуальности может уместиться на таком маленьком пространстве, – подтверждает Коннор.

Я улыбаюсь.

– Я смотрела не потому, что он горячий. – Которым он, бесспорно, является. Они оба. – Я просто растерялась. Не похоже, чтобы эти двое вращались в одних кругах.

Жасмин пожимает плечами.

– Эверетт не тусуется с остальными правонарушителями, но они с Чейзом близки, по какой–то причине.

Я отвожу взгляд от них. Как бы я ни хотела разгадать тайны, касающиеся таких парней, как Эверетт и Чейз, я не могу. Я не могу рисковать, сближаясь с кем–то настолько, чтобы их раскусить.

Потому что, если кто–то раскусит меня?

Моя жизнь будет кончена.

Освободите воробьёв

/форум/жертвы/ЛидияСингх

102.1 тысяча просмотров

2 ответа

/КорольДождя

Эй, вороны! Я собрал всё, что накопал о Лидии, в разных ссылках. Детство, образование, семейная жизнь и т.д. и т.п. Базовая информация ниже, и, как обычно, пишите мне, если найдёте что–то ещё, – я отредактирую биографии соответственно.

Имя: Лидия Сингх.

Возраст: 44 года.

Супруг: Пол Сингх.

Дети: 1 (дочь, Натали).

Номер жертвы: 1.

Исчезновение: Лидия была объявлена в розыск мужем 11 июня, за три года до ареста Торна. В своём признании Торн подтвердил, что она была его первой жертвой и… [читать далее].

^ /Дженн_Дарси

Она единственная цветная женщина в списке жертв. Мне кажется, это должно что–то значить.

^ /ЯЛюблюГабриэля

@КорольДождя я скинул тебе в личку кое–что о её дочери. Она случайно сделала свой инстаграм–профиль открытым на 24 часа, и я содрал оттуда кучу всего. Ежегодные посты в память о Лидии и т.д. Клад. Проверь свои сообщения.

Глава 5

В поисках костей

Вместо того чтобы сразу после школы ехать домой, кузены везут меня в Старлинг. Жасмин хочет показать мне город, хотя предупреждает, чтобы я не питала иллюзий.

– Он такой маленький, что ты умрёшь со скуки, – говорит она тоном, который я уже начинаю узнавать, как её фирменный драматизм.

Послеполуденное солнце приятно греет лицо, когда я выхожу из школьного автобуса, щурясь на свет. Кузены уже бегут вперёд, Жасмин тараторит без остановки о чирлидинге. Мне следовало бы слушать, проявлять интерес к её увлечениям, но мои мысли витают где–то далеко. В последнее время так обычно и бывает.

– Райан, давай, – ворчит она, махая мне с тротуара.

Я моргаю, выныривая из раздумий.

– Извини, – говорю я, ускоряя шаг, чтобы догнать их.

Она не шутила насчёт размеров города. Это буквально одна улица. И всё. Центр состоит из бутика одежды, «Старбакса», пары баров и ресторанов, аптеки и ещё нескольких витрин. В самом конце улицы стоит часовая башня с белым фасадом. Рядом с ней – величественное здание из красного кирпича, которое может быть судом или мэрией.

Коннор указывает в ту сторону, его брови взлетают вверх.

– Какого чёрта там происходит?

Я слежу за его взглядом – небольшая площадь забита людьми. Репортёры с камерами и микрофонами выстроились перед импровизированной трибуной, в воздухе чувствуется нервное напряжение. Мне становится не по себе.

– О–о–о, похоже на пресс–конференцию или что–то в этом роде, – говорит Жасмин. – Давайте посмотрим.

Я колеблюсь.