Я должен был найти Алину.

Любой ценой.

ГЛАВА 30

БАЛЬТАЗАР

Каждое утро я просыпался с одной-единственной, непоколебимой целью — подобраться к Алине. Но дни шли, а я так и не продвинулся ни на шаг, и ощущение поражения всё глубже въедалось в мои кости. Я тонул в бездне разочарования, настолько глубокой, что уже почти не видел света.

Каждый раз, когда я замечал её, меня словно били под дых — накатывала такая жестокая волна боли, что я едва мог дышать. Почему я не мог приблизиться к ней? Почему она раз за разом ускользала из моих рук? Беспомощность превращалась в ярость.

Не видя другого выхода и кипя от злости, я вернулся в квартиру Скарлетт. Возможно, от неё всё ещё могла быть польза.

Но стоило мне поднять руку, чтобы постучать, как дверь распахнулась.

— Ой! — ахнула Скарлетт, явно испугавшись. Щёки у неё порозовели, она нервно теребила прядь волос, не решаясь встретиться со мной взглядом.

— Я как раз собиралась на занятия.

— Здравствуй, Скарлетт, — сказал я, стараясь скрыть бушевавшие в голове мысли. — Как ты?

— Всё нормально, — мягко ответила она. — Ты нашёл Алину?

Я выдохнул и покачал головой.

— Пока ничего. Я никак не могу до неё добраться.

Плечи Скарлетт поникли.

— Я надеялась, что ты вернёшься. Я пыталась помочь. Нашла её в телефонном справочнике. Пыталась с ней разговаривать — говорила, что она умная, спрашивала про занятия, пыталась завязать беседу… но она всегда уходит. И всё-таки мне кажется, она понемногу сдаётся. Я приглашу её сюда. Закажем пиццу, выпьем пива — ничего особенного. Так ты наконец сможешь с ней поговорить.

Её предложение на мгновение лишило меня дара речи. Затем я слегка улыбнулся — на этот раз искренне.

— Спасибо, Скарлетт. Это очень поможет.

Она застенчиво подняла на меня глаза.

— Хочешь… зайти?

Я приподнял бровь.

— Разве ты не сказала, что у тебя занятия?

Она виновато усмехнулась.

— Введение в экономику. Можно забить11.

Я представил, как она держит за стебель одуванчик и дует на него, разбрасывая семена по ветру. Забить. Эти выражения из девяностых совершенно сбивали меня с толку. Но я кивнул так, словно всё понял.

— Да, с удовольствием, — сказал я.

Скарлетт отошла в сторону, пропуская меня, и я вошёл, таща за собой груз своих неудач и разочарований.

Что-то изменилось.

— У тебя новый диван? — спросил я, разглядывая стоявший в углу низкий деревянный каркас с единственной грязно-белой подушкой, простыми линиями и безошибочно узнаваемым налётом дешевизны.

— Да! — радостно воскликнула она, и глаза её засияли. — Ну… новый для меня. Подруга собиралась выбросить свой футон. Он превращается в кровать, смотри!

С чрезмерным энтузиазмом она схватилась за спинку и дёрнула её вперёд. Та с оглушительным грохотом рухнула вниз, открывая моему взору потёртый, покрытый подозрительными пятнами матрас, который, казалось, испустил облачко пыли и сожаления.

— Я надеялась, что ты вернёшься, — быстро добавила она. Слова вылетели из неё так, словно она давно отчаянно хотела их произнести, но до сих пор не решалась. — И подумала, если ты всё-таки придёшь… возможно, тебе будет удобнее, если у тебя будет собственная кровать.

— Понятно, — настороженно произнёс я, не сводя глаз с матраса, словно тот мог в любой момент сам уползти прочь. Я протянул руку и осторожно похлопал по нему. Набивка была тонкой словно бумага, ткань протёрлась почти до нитей. От него едва заметно пахло плесенью и древними тайнами. От одной мысли, что придётся на него лечь, желудок скрутило.

Скарлетт заметила мою гримасу.

— Воняет, да? — выпалила она. — Не переживай, у меня есть вот этот освежитель для ткани!

Она метнулась на кухню и вернулась с небольшим серебристым баллончиком. На этикетке значилось «Чудо-спрей», обещавшее чудеса, на которые он совершенно точно не был способен.

Она сняла крышку и с силой, достойной боевого приказа, надавила на белую кнопку, раздалось оглушительное шипение. Густое облако приторно-сладкого химического аромата поглотило комнату словно умирающее цветочное чудовище. Запах вцепился мне в горло — удушающая смесь дешёвых духов и синтетического отчаяния.

Я закашлялся в рукав и отшатнулся.

— Господи, что ты наделала?

— Это нейтрализатор запаха, — гордо объявила Скарлетт, размахивая рукой в воздухе, словно пыталась укротить лесной пожар. — По-моему, теперь пахнет лучше. Тебе так не кажется?

Я отошёл подальше от вони, пробормотав что-то невнятное.

— Садись, — бодро сказала она. — Я принесу нам что-нибудь выпить.

Она снова умчалась в крошечную кухню, всё ещё сжимая в руке «Чудо-спрей», а я осторожно примостился на деревянном подлокотнике футона. Ни за что на свете я не собирался опускаться на этот проклятый матрас.