Продавщица скрещивает руки на груди и хмурится. Я смотрю на драгоценный камень на ее пальце. Это кольцо с вечным ореолом из бриллиантов и ободком из розового золота по бокам. То самое кольцо, что стоит на верхней полке замковой витрины, нежный драгоценный камень, символизирующий Богиню Любви. Его присутствие заставляет дрожь пробежать по моему позвоночнику. Что, если королева наблюдает за нами через его отражение? Что, если она шпионит за нами? Так она охотится на людей по всей вселенной в свободное время?

— Где вы его взяли? — вздрагиваю я, указывая на кольцо.

Продавщица вздрагивает, ее щеки заливаются глубоким оттенком влюбленного красного.

— Мой жених получил это кольцо в Виндспайре от незнакомца в темном плаще. Это благословение богов, — говорит она.

Я рассматриваю кольцо ближе, пока оно не начинает жечь внешние края моих глаз.

— Вы можете его снять? — спрашиваю я.

Она прикрывает его рукой.

— Я никогда бы так не поступила с моим милым Сэмом. Слава богам за него, иначе я бы осталась у разбитого корыта с этим новым брачным законом. — Она бросает быстрый взгляд через обрыв на извилистые реки внизу. Я следую за ее взглядом, представляя, как меня сбрасывает с обрыва сама королева. После еще одного неловкого мгновения молчания продавщица переводит взгляд на мою руку, и ее глаза расширяются. — Вы незамужем, — говорит она, глубоко вдыхая, будто сдерживает желание упрекнуть меня в нерешительности.

— Вы пытались снять кольцо? — продолжаю я допытываться.

— Конечно нет, — хмурится она, выглядя озадаченной. — Зачем мне это делать?

— Потому что королева объявила, что ее драгоценные кольца — это постоянные украшения, и мне интересно, имела она в виду фигурально или буквально, — говорю я ей.

Продавщица смотрит на свое новое кольцо, размышляя.

— Я не против идеи носить его вечно. На самом деле, я нахожу это даже романтичным.

Романтичным.

От этого слова у меня плывет перед глазами. Сцена меняется, и я внезапно стою на краю обрыва. Он проводит пальцем по моей челюсти, его золотые глаза впиваются в мои. Позади нас ревет водопад, а по небу разбросаны звезды.

— Тебе обязательно быть таким романтичным? — хихикаю я, когда он нежно кладет мне в руки розу.

— Только когда я с тобой, — отвечает он.

— О Августин… — шепчу я, целуя его в щеку.

Белла захлопывает книгу, возвращая меня в настоящий момент и покрывая себя толстым слоем пыли.

— А как насчет вашей магии? — настаивает она, отмахиваясь от оставшейся пыли, будто она уже не забилась ей в легкие.

Тем временем я моргаю дважды, пытаясь осмыслить навязчивую мысль.

Что, блядь, это было?

— Моей магии? — смеется продавщица. — А что насчет нее?

— Вы можете пользоваться ей с кольцом? — кашляет Белла и кладет книгу на прилавок.

— Конечно, могу, — фыркает продавщица, но ее дыхание внезапно замирает, будто она только что что-то поняла. — Вообще-то, — она поднимает палец в задумчивости, — не могу сказать, что пробовала. Я Восстановитель, но за всю неделю мне не попадалось ничего сломанного. У вас случайно нет в кармане сломанных безделушек? Или зияющих ран, которые нужно зашить?

— Уверена, у моих подруг есть бесчисленное количество глубоких внутренних ран, вероятно, из детства, которые вы можете залечить, — вмешивается Максин.

— Кто тебя звал в этот разговор? — спрашиваю я, внезапно понимая, что Максин материализовалась рядом с нами.

— Слушайте, — продолжает Максин, игнорируя мой комментарий и сосредотачиваясь на продавщице, — если вам действительно нужна рана, я с радостью ее создам. — Прежде чем кто-либо успевает возразить, Максин выхватывает кинжал из скрытого отделения сапога и балансирует его в руке. Затем она наносит смертельный удар клинком в общем направлении моей руки, промахиваясь на дюйм и пронзая случайную картофелину.

— Ты сошла с ума? — возмущаюсь я, едва представляя хаос, который последовал бы, если бы они узнали, что моя кровь серебряная, а не золотая. Секрет, который я унесу с собой в могилу, если смогу.

— Да, — говорит Максин, глядя мне прямо в глаза и улыбаясь.

— Это подойдет! — встревает продавщица, подхватывая покалеченную картофелину и прижимая ее к себе, как младенца. Мы трое с любопытством смотрим на нее. — Странно, — бормочет она через мгновение. — Обычно мои руки светятся, как звездная пыль, когда я держу что-то сломанное. Но ничего не происходит.

Максин тычет пальцем в пронзенную картофелину.

— Либо ваша магия иссякла, либо Белла права… это кольцо подавляет ваши силы. Если, конечно, вы не ужасный Восстановитель. Это тоже возможно.

Румянец медленно сползает со щек продавщицы, и паника поселяется в ее взгляде, распространяясь, как злостный сорняк.

— Я одна из лучших Восстановителей в Райверхолле, — уверяет она, но ее голос рассыпается вдребезги.

— Я знала, что этот проклятый брачный закон — фарс, — шепчет Белла под нос. — Его появление было слишком удобным.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я.