Я справилась быстрее чем за час. Однако решила не спешить, не выходить раньше времени. Пусть несколько минут, но мои.

Сев обратно на кушетку, я прикрыла глаза. Нет, на самом деле я была счастлива. Теодор остался жив, меня не покалечили, а кабальный для нашей страны договор не подписан.

Пугало только… Реймонд в очередной раз найдёт, в чём меня обвинить. Может, скажет, что это я заставила всех ехать в Гранвелл?

Минуты утекали, как песок сквозь пальцы. Скоро пройдёт час. Лучше уж выйти самой, чем оказаться в роли преступницы, которую ведут охранники.

Вздохнув, я поднялась и подошла к двери. Конечно, за ней меня ждали солдаты. Они вытянулись и одновременно посмотрели на меня. Будто я была не женой наследника, а пленницей, которую нельзя упускать из виду ни на миг.

– Следуйте за нами, – коротко бросил один из них.

Я кивнула и пошла вперёд, стараясь держаться прямо, не выдавая дрожи в ногах. Стены замка казались выше и мрачнее, чем раньше. Каждый шаг отдавался эхом, словно дворец запоминал его, фиксировал моё присутствие.

Чем-то мне это напомнило то, как в Альверии я шла к каретам, когда мы уезжали. Тогда я тоже не представляла, чего ждать.

Мы вышли во внутренний двор. Воздух был сухим, пропитанным гарью. Я едва заметно поморщилась и осмотрелась. Что-то горело? Вроде бы пожара не было. По крайней мере, пока.

Но запах жжения заставлял кожу покрыться мурашками, а сердце – колотиться ещё быстрее.

На площади была всего лишь одна карета. Лошади били копытами по камню, словно чувствовали напряжение людей.

Недалеко от повозки я увидела Теодора, Реймонда и Асмодея с супругой. Поразительно, но рядом с ними стоял начальник стражи этой страны.

Взгляд мужа мгновенно скользнул по мне, и я поёжилась – слишком холодный, слишком оценивающий.

Чуть в стороне от них находился Аарон, а также другие гранвельцы. Я не видела до этого их всех, просто поняла, что это не альверийцы.

Всех «наших союзников» начали сажать в повозку. Я только успела сделать шаг к ней, как рядом оказался Реймонд.

Его ладонь сомкнулась на моей руке мёртвой хваткой. Я вздрогнула, а он наклонился и коснулся моих губ коротким поцелуем. На этот раз, вероятно, чтобы показать всем, будто я на самом деле его любимая супруга.

Отстранившись, Реймонд не сказал ни слова. Просто повёл меня куда-то мимо карет. Я уже хотела спросить, куда мы идём, но его лицо было таким, что слова застряли у меня в горле. Дракон не ускорял шаг, но стоило мне замешкаться, как его пальцы сжались сильнее, заставляя идти рядом.

Мы обогнули ряды солдат, и вдруг я почувствовала – воздух дрогнул, а я прошла через какую-то преграду, напоминавшую тонкий слой воды. На миг стало душно, уши заложило, как при грозе.

Прямо передо мной, словно из ниоткуда, появились люди. Наши солдаты, слуги, в том числе Анна. С ними также был лекарь, спасший меня.

Но ведь их же не было… Повернувшись назад, я увидела всё ту же карету, дворец. Только теперь они казались чуть размытыми, словно их прикрыли дымкой.

– Жди здесь, – коротко велел муж и ушел. – Из-под купола не выходи, он защитит от огня.

То есть он и правда решил спалить здесь всё.

Моя служанка сразу бросилась ко мне и заплакала от облегчения. Я её понимала: мне тоже не верилось, что мы снова увидимся. Что мы останемся в живых.

Но что здесь делал лекарь? Калеб вроде бы.

Я очень часто проваливалась в забытьё. Но всё же лекаря запомнила. Только ведь этот человек был гранвельцем… Почему он с нами, в то время как все его друзья стоят в отдалении?

– Мне, можно сказать, предложили работу, – сказал Калеб, заметив мой недоуменный взгляд.

– Заставили? – уточнила я.

– Нет, – покачал он головой. – Я мог остаться с другими гранвельцами. На время меня бы заперли вместе с ними, а после – отпустили. Но ваш муж предложил стать вашим лекарем. Я не мог упустить такой шанс.

– Я не очень понимаю. Шанс на что?

– Вы… ваш дар уникален, – пожал плечами Калеб. – Если получится разобраться, что с ним происходит, как вам помочь, моё имя навсегда останется в истории лекарского дела. А может, и не только…

Он нахмурился и внимательно посмотрел на меня. Как если бы пытался прочитать мои мысли.

– Должно быть что-то ещё, кроме исцеления ран, – покачал головой гранвеллец. – Важное. Иначе фаргарцы не стали бы так беспокоиться об этой тайне. Они не уничтожили бы целый город, чтобы её сохранить.

– Простите… город? – у меня пересохло в горле.

Лекарь рассказал. Сухо, сдержанно, без лишних красок. Но его слова были страшнее любого крика.

Когда я услышала о том, что произошло в Хельмаре, слёзы хлынули сами – горячие, солёные, обжигающие. Я закрыла лицо руками, пытаясь остановить поток эмоций. Вина, ужас, страх – они давили на меня одновременно.

Там ведь наверняка были люди. И все они погибли из-за какого дара? Вернее – из-за меня.