"В этой миссии нет такого понятия, как безопасный проход", - сказал Гайм, обращаясь к Орсене, Лексию и Ансельму. Все они приняли слегка сгорбленный, напряженный вид, что говорило об общении с мечами. Ансельму, казалось, было не по себе, он стиснул зубы, на висках вздулись вены. Наконец, с шипением выдохнув сквозь стиснутые зубы, он выпрямился и кивнул. Лексий явно сопротивлялся, его кивок был медленным жестом смирения, лишенным энтузиазма. Выражение лица Орсены было лишь немногим менее серьезным, когда она подавила вздох и повернулась к Шавалле.

"Ваше предложение приемлемо, капитан".

С утренним приливом Шавалла подняла все паруса, так что к полудню "Блуждающий Змей" шел на восток с впечатляющей скоростью. Большую часть дня воды оставались спокойными, что контрастировало с непокорными волнами, которые они пережили на борту "Милости Атерии". Облака даже прояснились настолько, что несколько солнечных лучей заиграли на волнах. Гайм уже начал подумывать, не преувеличена ли репутация Моря Скорби, но по мере того, как час клонился к вечеру, небо приобрело зловещий оттенок, и вскоре фигура змея на носу корабля вздымалась среди постоянных белых брызг.

Гайм обнаружил Лексия на носу, который с любопытством разглядывал фигуру, не обращая внимания на то, что на его маленькую фигуру время от времени попадали струи морской воды.

"Что-то интересное?"- спросил Гайм, подойдя к ученому.

"Метод и стиль резьбы", - ответил Лексий. "В Пяти Морях такое не часто увидишь, и эта фигура на носу явно не оригинальна для этого судна".

"Наш капитан родом из Ледяного Вельдта, - заметил Гайм. "Если я правильно помню, их морские военные отряды испытывают духовную привязанность к символам, украшающим их корабли. Их точные верования неясны, но у каждого отряда есть свой бог. Поэтому, даже если корабль тонет под ними, они рискуют всем, чтобы спасти фигуру".

"Я плохо знаю их обычаи". Лексий слегка опустил голову. Гайм и раньше замечал, что в этом человеке стыд вызывало только невежество. "Но Каландра вспоминает, как ее отец общался с некоторыми из их купцов. Они не придавали значения письменным контрактам и настаивали на том, чтобы каждая сделка подтверждалась произнесенной клятвой, нарушение которой влекло за собой тяжелые последствия. Остается надеяться, что наш капитан будет так же старательно держать свое слово".

Гайм облокотился на перила, чуть наклонился к ученому и понизил голос. "Я бы хотел узнать побольше об этом часто упоминаемом Черном Разбойнике, поскольку, судя по всему, мы столкнемся с ним до того, как все закончится".

Лексий слегка выпрямился, слова слетали с его губ с точностью, не соответствовавшей тому факту, что вся информация поступала только из его памяти. "Самые ранние упоминания о Черном Разбойнике относятся к периоду чуть более трех столетий назад. Тогда он был всего лишь простым пиратом с единственным кораблем, но прославился склонностью к жестокости и убийствам, сравнимой лишь с его алчностью. Со временем он приобрел флот и несколько портов на восточном побережье Пяти морей. Это трущобы, где царит беззаконие, где рады всем отбросам общества, и из них он пополняет свою команду, среди которой, как говорят, пользуется абсолютной лояльностью. Многие зловещие подробности, касающиеся его карьеры, можно объяснить тем, что легенды с каждым рассказом обрастают ужасом и удивлением. Однако, если хотя бы часть из них правдива, он считается самым опасным корсаром во всех Пяти морях".

"Три века". Гайм нахмурился, когда его осенила важная мысль. "Только магия может так продлить жизнь смертного".

"Совершенно верно, милорд. Но это предполагает, что нынешний Черный Разбойник, по сути, тот же самый человек. Титулы могут передаваться по наследству или красться, особенно когда они порождают столько страха. Есть, однако, несколько историй, описывающих использование пиратским королем тайных обрядов: пленники, принесенные в жертву более кровожадным морским богам в обмен на их темное благословение, и так далее. Некоторые истории приписывают необоснованную преданность его флота магическому влиянию". Во взгляде ученого читалась серьезность, которая подсказала Гайму, что они оба пришли к схожему выводу.

"Есть ли упоминания о том, что он носит меч древней или необычной конструкции?"- спросил Гайм. "Может быть, со светящимся лезвием?"

"Насколько я помню, нет. Есть несколько упоминаний о том, что он владеет оружием страшной силы, но подробности туманны".

Гайм провел рукой по подбородку, устремив взгляд на море за резной змеей, где из-за облаков на серо-зеленые волны начала падать плотная завеса дождя. "Если он носитель меча, то вполне логично, что он будет искать источник заточения своего демона, либо по своей воле, либо по принуждению. Это может объяснить, почему он так долго не покидал Пятое море, и его нетерпимость к конкурентам. Возможно, его демон ждал повторного появления Призрачного острова. Наша миссия здесь может преследовать две цели, друг мой: узнать о намерениях Экири и заполучить еще один меч".

"Меч, которому нужен хозяин", - заметил Лексий. "Если только не удастся уговорить этого Черного Разбойника присоединиться к нам".