Какая отвратительная аналогия, блядь. Я сдерживаю себя, чтобы не закатить глаза, но краем глаза замечаю усмешку, которую пытается скрыть Скарлетт. Рад, что хоть кто-то из нас хорошо проводит время. Это всё равно что эпиляция яиц воском, только без бесплатного миньета в награду за страдания.

— Не знаю, что вы хотите от меня услышать, сэр. Мы задействовали все доступные силы и ресурсы, какие только можем, по этому делу. Агент Лисса и я работаем сверхурочно, пытаясь найти этого ублюдка, но он осторожен. Он пока не ошибался. У нас есть только частичный профиль.

Скарлетт прочищает горло и на мгновение встречается со мной взглядом, прежде чем направить его на директора Шоу. — Не осторожен, а методичен. Он предпринимает тщательные шаги на местах преступлений, не торопится с жертвами и гарантирует, что ничего не оставлено на волю случая. Это требует огромной дисциплины и самообладания. Убийства не хаотичны, они терпеливо спланированы до последней детали. Я считаю, что он отправляет послание, но мы пока не поняли, какое именно.

— И как, блядь, это нам помогает, агент Лисса? — Шоу с силой ударяет кулаком по столу, отчего все пластиковые бутылки с водой опрокидываются, и одна скатывается со стола и падает на пол. Скарлетт внешне не проявляет ни малейшего признака дискомфорта — по крайней мере, такого, который заметил бы Шоу или наши коллеги, — но я провожу с ней много времени. Я научился улавливать некоторые её микровыражения: то, как она отводит плечи назад, как напрягаются и набухают вены на её шее, когда она раздражена. Как её высокие скулы становятся ещё острее, когда она злится, словно она прикусывает внутреннюю сторону щёк, вместо того чтобы выплеснуть свои мысли и недовольство. Она для меня загадка, и всё во мне хочет снимать с неё слои один за другим, чтобы увидеть, что она прячет под ними. Могу поспорить, она непослушная, похотливая девочка под всеми этими чопорными костюмами.

Боже, я сейчас звучу как безумный, влюблённый идиот. Что, блядь, со мной не так? Конечно, Скарлетт Лисса чертовски горяча — от макушки её изящной тёмной головы до сексуальных туфель, которые она упорно носит. Таких, которые заставляют мужчин мгновенно представлять её на спине с её лодыжками у них на головах. Я не исключение. Мне снились яркие сны, как они впиваются в мои плечи, пока я трахаю её до потери пульса. Готов поспорить, у неё симпатичная киска — славная и тугая, чтобы мой член влетал в неё.

Но вот в чём разница. Реальность всегда возвращается с грохотом и бьёт меня по яйцам. Она мой напарник, и кроме того, она холодна как грёбаная сибирская метель. Женщина источает сексуальность и пренебрежение одновременно. За девять месяцев, что мы напарники, она не брала ни одного выходного, ни одного. Я даже не уверен, что она вообще умеет расслабляться, не говоря уже об оргазме. Не то чтобы при других обстоятельствах я не был бы готов и способен научить её. Ведь хорошие напарники так и делают друг для друга, верно?

— Ты вообще нас слушаешь, агент Гарнье? — рявкает Шоу, и я заставляю себя вернуться в реальность, оставляя мысли о Скарлетт и возможных звуках, которые я мог бы вырвать из её красивого рта, в эфире.

— У нас девять убийств, и мы не продвинулись ни на шаг дальше, чем девять месяцев назад, когда была обнаружена его первая жертва. На данный момент мы знаем только, что жертвы всегда мужчины, без каких-либо других связей между ними, и он всегда удаляет член, иногда помещая его в другую полость тела, иногда выбрасывая — кто, блядь, знает, куда. И, о да, он поджигает места преступлений, кровавый ублюдок, превращая сбор улик в кошмар. Ради всего святого, последний был местным молодёжным пастором, с молодой женой, и даже без единого штрафа за парковку.

— Что мы знаем об этой жертве? — требует Шоу, и я вижу, как вена на его лбу выписывает уродливые прыжки.

— Пока ничего. Доктор Стивенс взял тело на себя и проведёт полный сбор. Надеюсь, что-то осталось, но огонь, конечно, не помог с уликами. — Я провожу руками по уставшему лицу, изнеможение заставляет моё тело обвиснуть в кресле.

Блядь, мне действительно не следовало трахать жену мэра снова сегодня вечером, но мне нужно было выпустить пар. Всё начинает меня раздражать и лезть под кожу. Этот психотический серийный убийца всегда, кажется, на шаг впереди нас, и начинает казаться, что он водит нас за нос и смеётся над нами. И ещё моё влечение к Скарлетт, которая не замечает магнетизма между нами. Не может же это быть односторонним, правда? Нет, нет, не может. Я уверен, что ловил её взгляды, полные жара, в этих ледяных глазах.

Она описывает убийцу как дисциплинированного и сдержанного, но я бы использовал те же прилагательные, чтобы описать её. Скарлетт Лисса продумала план своей карьеры, и она не позволит никому, даже себе, отклониться от него. Мне интересно, что заставило её стать такой и кто так сильно её ранил, что она ушла в себя и теперь никому не доверяет.