— Сиди на месте, я еду сам. — Он отключается, прежде чем я успеваю возразить. Я открываю дверцу машины и бегу обратно в дом, чтобы схватить самый большой и прочный нож, который смогу найти, чтобы перерезать все четыре покрышки до его приезда. Этот день только начался, а он уже отстой.

Что бы со мной ни случилось, кто бы это ни сделал — он будет умолять о смерти, когда я его найду.

9СКАРЛЕТТ

Острая челюсть Джаспера в данный момент выписывает прыжки, полные ярости, пока мы мчимся обратно на место преступления, и я украдкой разглядываю его из-под ресниц. Я прокручиваю в голове выражение изумления и неверия на его лице, когда он приехал и осмотрел ту поспешную работу, которую я проделала над своими бедными шинами. Боже, почти невозможно было сдержать смешок от тех непристойностей, которые он выкрикивал. Его тёмно-сапфировые глаза с их изнуряющей интенсивностью излучали ярость, а то, как его тело напряглось, готовое наброситься на того, кто это со мной сделал, было чистым золотом и чертовски сексуально.

Теперь я сижу в этой металлической коробке с ним, запах его одеколона проникает во все мои поры, пока он везёт нас с бешеной скоростью, полностью игнорируя все ограничения скорости в этом городе, обратно на место. Вид его длинных, красивых пальцев, сжимающих руль, заставляет меня представлять те же пальцы, делающие очень неподобающие вещи с моим телом. — Расскажи мне о месте и жертве.

Он на мгновение отрывает взгляд от дороги и встречается со мной взглядом. — Мужчина, под сорок, из богатой семьи, с связями среди высокопоставленных лиц. Он снова использовал огонь, чтобы замести следы. Этот парень был оставлен в переулке, и похоже, что он использовал мусор, чтобы помочь ускорителю.

— Увечья? — спрашиваю я, впитывая детали, мой разум кружится от возможностей. До сих пор жертвы были из среднего или низшего класса, и ни у кого не было никаких связей. Что заставило Пепельного Творца выбрать этого?

— Ага, отрезанный член, Стивенс почти уверен, что он засунут в горло, как и у остальных. Этот парень больной ублюдок, Лисса. Должна быть связь, которую мы упускаем. Почему мужчины? Зачем отрезать им члены? Здесь есть послание, которое мы упускаем из виду. Он говорит с нами. Мы просто не слушаем.

Я не спорю с его оценкой. Джаспер прав, должна быть связь, причина, по которой он выбирает именно этих мужчин. У меня есть подозрения, но я пока не готова делиться своими мыслями. Я предпочитаю держать все карты при себе, пока не буду уверена. — Мэр замешан?

— Ага, — он издаёт усталый вздох, и мне интересно, удалось ли ему поспать. Я бы спросила его, но не хочу, чтобы он задал тот же вопрос в мою сторону. Я предпочла бы не лгать ему больше, чем необходимо, и нет никакой возможности, чтобы я призналась, что понятия не имею, что со мной случилось прошлой ночью. Вспышка чего-то шевелится в моём сознании — образ или, возможно, ощущение, но оно раздражающе исчезает, прежде чем я успеваю его ухватить, оставляя меня более встревоженной, чем я готова признать.

— Семья покойного, по-видимому, была крупным донором его кампании в прошлом году. Напряжение и давление, чтобы поймать этого парня, вот-вот возрастут. Репортёры каким-то образом пронюхали об этом ещё до того, как нам удалось полностью разместить на месте криминалистическую команду. Это кровавый зверинец, и тебе нужно подготовиться, Лисса. Пальцы уже указывают в нашу сторону с вопросом, почему его до сих пор не поймали. Ну, блядь.

— Кто жертва? — спрашиваю я, когда мы сворачиваем в переулок в более криминальной части города. Оставляя позади блестящие небоскрёбы и богатые особняки и встречая вместо них обветшалые магазины и небольшие послевоенные таунхаусы.

— Джордж Уэстон. — Моя бровь взлетает к линии волос от шока, и Джаспер, должно быть, замечает это, потому что кривится. — Ага, из тех Уэстонов. Он сын и наследник состояния и компаний.

— Что-то особенное в этом? — Что бы кто-то с богатством и положением Джорджа Уэстона делал в этой части города? Пепельный Творец привёз его сюда, чтобы пытать, или устроил засаду? Всё это не имеет смысла.

— Не совсем, пытки, увечья и расчленение, а затем огонь, чтобы замести следы. Это точно Пепельный Творец. — Он поднимает руку в примирительном жесте. — Я знаю, не называй его так, но, серьёзно, как ещё нам называть этого урода? Он буквально сжигает их дотла.

Мы подъезжаем к жёлтой полицейской ленте, и здесь царит абсолютный хаос: мигающие красные и синие огни, полицейские в форме пытаются сдерживать толпы репортёров и зевак, и уже установлена белая командная палатка. Я выхожу из машины, и происходит самая странная вещь: меня мгновенно накрывает чувство дежавю, но я точно знаю, что никогда здесь не была. Острая боль пронзает мои виски, останавливая мои движения и заставляя меня поморщиться.

— Лисса? — с беспокойством в голосе спрашивает Джаспер, обходя машину к моей стороне. Жаль, что я не взяла солнечные очки. Он слишком наблюдательный и проницательный.