Хельга нахмурилась. Смеющаяся Фрида — это, вообще-то, штука посерьезнее иных дурных вестей. За спиной у Хельги сразу перестало скрипеть кресло, и ладонь Тора легла на рукоять молота.

— Чего я не знаю, бабушка? — очень ровно спросила Хельга. — Где отец с матерью? Я, между прочим, к ним и шла в первую очередь.

— Да нет, нет, всё хорошо! — Фрида отмахнулась, всё еще смеясь. — Убери руку с молота, сын мой, никто тут никого не обидел. Родители твои живы, здоровы и заняты. Дергать тебя посреди похода они не стали. А известие у меня хорошее.

Она выдержала паузу, наслаждаясь моментом.

— У тебя появились братик и сестричка.

В зале стало тихо.

— У тебя, сын мой, — Фрида повернула голову к Тору, — появились племянник и племянница. А я, старуха, счастлива тем, что у меня появились еще один внук и одна внучка.

— Да ладно! — Хельга подскочила. — Родились?! Уже?! Бабуля, а где они, где?!

— Да где обычно, — фыркнула Фрида. — В своих покоях, где же им быть? Мать твоя над ними квохчет, отец твой ходит вокруг с таким лицом, будто лично их выковал. Вот только вы там не задерживайтесь.

— Почему?

— Потому что Пантеон ждал тебя, — Фрида развела руками. — Одну тебя и ждали. Сегодня у нас праздник. Родились два будущих могучих бога, девочка моя. Такого тут не случалось так давно, что молодые уже и не помнят, как это празднуется. Так что будем три седмицы.

Хельга опустила голову.

— При всем уважении, бабушка, — проговорила она. — Три седмицы я тут не просижу. Я же сказала, что соскучилась по мужу и по сестрам.

Фрида свела брови. Она набрала воздуха, и Тор от греха подальше стал разглядывать потолок, потому что видел эту физиономию не в первый раз и хорошо знал, что за ней обычно следует.

Но потом старая богиня выдохнула и обмякла.

— Понимаю тебя, девочка моя, — и голос у нее сел, стал тише и мягче. — Прекрасно понимаю, и даже завидую. Любимый человек — это бесценно, а мне вот, — она мельком глянула вбок, туда, где еще недавно сидела сама, — мне вот в этом смысле повезло не так, как тебе.

— Бабуля…

— Помолчи, — Фрида поднялась и оправила платье. — Значит, так... Повидаешься с родителями, познакомишься с братом и сестрой. Скажешь там тост, чтобы всё было по-людски и чтобы никто потом не бурчал, а после этого лети к своему мужу.

Хельга просияла, подскочила и чмокнула бабку в щеку.

— Спасибо, бабуля!

Она свистнула дракону, и тот довольно рыкнул. В зале раскрылся портал, дохнувший знакомым, домашним холодом. Хельга шагнула в него, не оборачиваясь. Фрида постояла, глядя ей вслед, и медленно повернулась к сыну.

Тор понял это раньше, чем она открыла рот, и на всякий случай начал вставать.

— Учись, бестолочь, — сказала Фрида. — Ну и когда ты уже найдешь себе достойную деву?

— Ой, всё, мама!

Могучий Тор, гроза врагов Хладного Пантеона, при чьем имени в дальних мирах до сих пор запирают ставни, покраснел, как деревенский юнец на первых смотринах, после чего схватил свой молот и сбежал в портал еще быстрее племянницы.

Глава 8

Где-то в Многомерной Вселенной

Темная любила ходить в гости. Правда, гораздо меньше ей нравилось, когда в гостях ей с порога вручали всякие-разные поручения.

— То есть… ты меня позвал не чаю попить? — уточнила она, разглядывая сверток на столе.

— И чаю тоже, но сначала дело, — Сандр подвинул к ней чашку. — Найди мне Пандору.

— А сам?

— А сам я, если ты не заметила, сижу на планете, с которой мне нельзя выходить, — Сандр развел руками с таким видом, будто это была чужая глупая выдумка, а не его собственный расклад. — При этом я пообещал одной черной хвостатой даме целый мир. Честное слово Охотника, между прочим. А слово Охотника — это закон, и поэтому сдержать его я должен, несмотря ни на что.

Темная отпила чай и сделала вид, что думает. Думать тут было нечего, соскучилась она по Пандоре давно и собиралась за ней уже сто раз, просто всё время что-то мешало, то вторжение, то недо-девичник, который всё никак не соберется, то еще одно вторжение.

— Допустим, я найду, — сказала она. — А дальше что?

— А дальше вы вдвоем заглянете к Карамельке. Мир я оставил ей в наследство беспокойный, поэтому гости там могли задержаться. Ты помоги ей навести порядок, чтобы королева села на трон, а не на осиное гнездо.

— И всё?

— И вот это передай Пандоре, — он кивнул на сверток. — Подарок, в знак глубочайшего уважения и чтобы она больше не дулась.

Вот тут Темная и насторожилась. Сверток был небольшой, перевязанный простым шнуром, без единой печати. Она просканировала его еще с порога, просто по привычке, и не поняла ничего. Внутри не нашлось даже завалящего проклятия. Там лежали какие-то исписанные листки, и хоть бумага и чернила были непростыми, но все же это была стопка потрепанной бумаги, больше всего похожей на вырванные из старого блокнота страницы. Но Темная знала Сандра слишком долго. Самые страшные его подарки выглядели невинно, а самые невинные страшно, и она давно научилась не путать первое со вторым.