Следы я нашёл быстро. Шестеро уставших людей, из которых двое ранены, а один не идёт своими ногами, оставляют такое, что и слепой прочтёт. Широкая полоса от волочения носков. Отпечатки вразнобой, кучей, местами один поверх другого. Двигались они вниз по уклону и вдоль стен. Огляделся и прошёлся вокруг, чтобы найти следы тех четверых наблюдателей.

Присел там, где по прикидкам должен был идти хотя бы один, и разглядывал песок долго. Ни отпечатка, ни осыпи на краю плиты, ни сдвинутого камешка светлым брюхом кверху.

Прошёл, наверное, шагов пятьсот, когда след переменился. Сначала я поймал разброс. Отпечатки перестали идти кучей и разошлись резко в стороны. Потом нашёл первую борозду. Кто-то упал и проехал по песку боком, шагов пять. Рядом валялся факел, прогоревший до половины и потухший сам.

Дальше пошло то, что я и ожидал увидеть. Земля здесь была перебита. Топтались на пятачке шагов в двадцать поперёк, и половина отпечатков накрывала другую половину. Читать такое тяжело, потому что каждый следующий шаг стирает предыдущий, но кое-что вылезало само.

Вот здесь стояли и не двигались. Вот здесь кто-то отступал: пятки продавлены глубже носков, цепочка идёт назад ровно, шаг за шагом, а потом обрывается. Вот здесь кто-то развернулся и рванул, и из-под ноги сорвало осыпь.

Крови было немного, и лежала она не лужей, а брызгами и мазками, и один тянулся по стене на высоте моей груди, будто по ней проволокли плечом.

Быстро…

Первого я нашёл шагах в десяти дальше, у стены. Молодой, лет двадцати, в тёмно-зелёном с белым краем, знак Древа на плече. Лежал на боку, подтянув колени, и лицо у него было спокойное, будто он спал и ему не мешали.

Присел рядом. Рана шла через живот и вбок, длинная, ровная. Края чистые, разошедшиеся, и никакой рваности по ним не было вовсе. Разглядывал долго. Клинок? Похоже: ровно, глубоко, одним движением. Либо техника похожая на мой Звериный Срез. Точно не зверь: он не будет обыскивать.

Мешок валялся в двух шагах, вывернутый наизнанку. Пояс расстёгнут и вытянут из петель. Ножны пустые. На левом запястье осталась светлая полоса, какая бывает от ремешка, который носили долго.

Нашёл ещё один труп, он лежал шагах в двадцати пяти, дальше по улице. И этот парень бежал, перед тем как его убили. Отпечатки перед ним шли длинными прыжками, с глубокими носками, а последние два вовсе смазаны. Упал он ничком, вытянувшись, и рука была выброшена вперёд.

Ударили в спину. Рана вышла короче и глубже первой, так ещё вокруг неё ткань выгорела. Провёл пальцем по краю. Ткань крошилась и осыпалась чёрным, а под ней кожа была бурой, будто приложили железо из горна.

Отсел на пятки и сразу оглядел обоих, чтобы понять, что произошло. Следы дальше уходили в две стороны. Похоже, группа из школы Древа наткнулась на кого-то. Двоих убили и они потом сбежали. Меня интересовало, кто и что за техники применили. Хочется быть готовым, если встречу этих людей в руинах.

Сектантская метка молчала, поэтому решил двигаться дальше по следам группы Айлет. Прошёл по ним, наверное, шагов шестьсот. След вёл вниз, свернул в узкий проход между двумя стенами и вывалился в квадратный дворик, откуда расходились три хода. Там они постояли: песок вытоптан кругом, а в середине круга примятое пятно, будто на землю опускали что-то тяжёлое.

Из дворика следы шли в дальний ход и там пропадали на камне. Я не знал, ушли ли оставшиеся четверо дальше по плитам, или их увели отсюда. Обошёл дворик по краю, проверяя боковые ходы. За дальней стеной открывался тупик: три стены, груда обвала, а в дальнем углу тень

Сначала я увидел накидку.

Серая. Наша.

Тело у меня рвануло вперёд раньше головы, и я одолел эти двадцать шагов за несколько пульсаций. Остановился и старался не смотреть на лицо. Присел и перевёл взгляд.

Керс?

Он лежал на спине, вытянувшись, с повёрнутой набок головой. Лицо в подсохшей грязи, губы серые. Глаза приоткрыты. Я положил ему зачем-то ладонь на грудь, хотя всё уже было понятно. Холодный.

Сел рядом на пятки. Внутри было пусто. Ни ярости, ни жалости, ни чего-то ещё, что положено. В этой пустоте я разглядывал его лицо и вспоминал, как двое суток назад он стоял и торговался. Тряхнул головой и проверил его тело. Ран не было. Обошёл кругом, приподнял плечо, оглядел спину, живот, шею, руки. Ссадины на локтях, содранные костяшки, кровь из носа, засохшая двумя дорожками, синяк вдоль челюсти. И всё. Ни разреза, ни выгоревшей ткани, ни пробитой груди.

Запястья. На обоих кожа стёрта до мяса, ровным кольцом, и стёрта в двух местах, будто держали, он вырывался, а потом перехватили заново.

Мешка при нём не было. Копья, что ему выдали, тоже. Ножны пустые, пояс срезан. Ворот распорот и вывернут. Следы вокруг я прочёл легко, потому что песок в тупике лежал ровно и никто его не топтал специально.

Керса сюда привели.