— Можно обмотаться водорослями, просто прогулявшись по приливу.

— Верно, — торжественно говорит он. — Но, очевидно, массаж горячими камнями меняет жизнь.

— Мм. Конечно. Определённо звучит законно.

— Послушайте, я здесь просто подаю блины и эмоциональную поддержку, — он хватает из-за прилавка две коробки и ставит их на стол. — Но если у вас есть свободный день, почему бы не попробовать что-то новое?

***

Прошло больше недели с тех пор, как я открывала электронную почту, или отправляла новое резюме. Я даже отключила уведомления о новых письмах на телефоне.

Тётя Мирабелла позвонила вчера и сообщила информацию о своём рейсе, когда она вернётся домой через две недели. Она спрашивала о новостях с поиском работы, и когда я сказала ей, что пока ничего не нашла, но все ещё пытаюсь, она напомнила, что я могу оставаться столько, сколько захочу, потому что дом мой так же, как и её, и ей нужна компания.

И я буду скучать по Джин, когда уеду.

И по Эллиоту.

Я качаю головой и выхожу из машины, оглядываясь по сторонам, прежде чем перейти улицу и остановиться перед спа-салоном «Всасывание и безмятежность».

— Почему я не сделала массаж раньше, я никогда не пойму, — я поправляю сумочку на плече, прежде чем открыть дверь, и тихий колокольчик звенит, когда я вхожу.

— Добро пожаловать в спа-салон «Всасывание и безмятежность». Меня зовут Мина. Чем я могу вам помочь? — стройная женщина за стойкой регистрации тепло улыбается, её голос тихий и успокаивающий, словно её научили успокаивать людей одним лишь инстинктом. Тихая инструментальная музыка доносится из вестибюля, сливаясь с едва слышным журчанием настольного фонтана, расположенного рядом со стеной, увитой плющом.

— Привет, Мина, — я заправляю прядь волос за ухо, внезапно осознавая, как сильно помялось моё летнее платье от того, что я сидела в машине и раздумывала, заходить ли внутрь. — Я хотела спросить, есть ли у вас сегодня свободные места на массаж?

— Конечно, — браслеты Мины тихонько позвякивают, когда она что-то набирает на компьютере. — У нас есть свободное место примерно через пятнадцать минут. Октавиус как раз заканчивает с клиентом, — её улыбка становится более многозначительной. — Какой вид услуги вас интересует?

Она протягивает мне толстую кремовую карточку с золотым тиснением. Под элегантными закрученными узорами перечислены как минимум двенадцать вариантов: глубокий массаж, ароматерапия, массаж горячими камнями, вакуумная терапия, уход за лицом.

— О, не знаю, — рассеянно признаюсь я, просматривая список, не читая его до конца.

— Что у вас происходит в жизни? — мягко спрашивает Мина. — Я могу помочь сузить круг того, что вам лучше всего подойдёт.

Как мне объяснить, что я потеряла работу? Что каждый отправленный мной отклик уходит в никуда? Что я чуть не утонула дважды за последний месяц? Что я влюбляюсь в мужчину, который заставляет меня чувствовать себя собой больше, чем за последние годы, но если я найду работу в городе, мне придётся оставить его — и этот маленький приморский городок — через две недели?

Вместо этого я пожимаю плечами и возвращаю карточку.

— Просто обычные жизненные стрессы.

Мина смотрит на меня слишком долго, словно видит насквозь эту неубедительную ложь, прежде чем её выражение лица смягчается.

— У меня есть как раз то, что нужно, — говорит она. — И скидка для новых клиентов. Позвольте мне принести вам воды.

В спа-салоне едва уловимый аромат эвкалипта и цитрусовых, когда она исчезает за боковой дверью. Через мгновение она возвращается, неся охлаждённый стакан, покрытый конденсатом.

— Клубника, имбирь и лимонный настой, — объясняет она, протягивая мне стакан.

Первый глоток — прохладный и свежий, сладкая клубника уравновешивается терпким имбирём. На вкус как свежий напиток из летнего сада, и неожиданно он напоминает мне мою тётю. О ленивых послеполуденных часах на её кухне, когда она бросала травы в кувшины с водой и утверждала, что любая проблема кажется меньше, когда ты выпиваешь достаточно воды.

Возможно, остаться здесь ещё на несколько недель было бы не так уж плохо, если с работой не сложится.

— Это отлично успокаивает боль в мышцах и уменьшает воспаление после процедуры. — Мина жестом приглашает меня следовать за ней по мягко освещённому коридору. — Сюда.

Комната, в которую она меня ведёт, тусклая и прохладная, освещённая мерцающими янтарными свечами на полках. Стеклянные баночки с маслами стоят на столешнице рядом с аккуратно сложенными полотенцами. Где-то неподалёку воздух наполнен таким сильным ароматом лаванды и бергамота, что я почти чувствую их вкус.

— Можете оставить свои вещи на полке и раздеться до комфортной для вас степени, — тихо говорит мне Мина. — Ложитесь лицом вниз под простыню, и Октавиус скоро войдёт. Если вам что-нибудь понадобится раньше, просто позвоните в этот колокольчик.