— Угу-м, — протянула Мина, медленно кивая. — Нельзя же нам терять клиентку, верно?

Я слегка прищурился:

— Мина.

— Ладно, — сказала она, растягивая слово ровно настолько, чтобы это раздражало. — Как скажешь.

Я прошёл мимо неё, схватив пальто и твёрдо намереваясь оборвать этот разговор, пока он не зашёл ещё дальше.

— Только убедись, что взял хотя бы восемь презервативов! — крикнула она мне вслед.

— Мина, — отчитал я её, как разочарованный родитель, потому что если уж она чувствовала то, что происходило между мной и Карой, то и Кара должна была понимать, а мне совсем не нужно было, чтобы между нами повисло неловкое напряжение — только не в том случае, если это разрушит наши планы на вечер, заключавшиеся в починке двери шкафа в её спальне. Единственном занятии, которое вообще должно было происходить в её спальне. Хотя, стоило мне это представить, как в брюках стало неуютно тесно.

— Что? — отозвалась она, совершенно не смутившись. — Я просто забочусь о тебе.

— Всё совсем не так.

— Это не моё дело, — ответила она, уже поворачиваясь к выходу. — Я просто говорю: подготовка — залог успеха.

— Мина.

Она махнула рукой через плечо, начисто меня игнорируя, пока шла к выходу:

— Повеселись.

***

Прогулка по городу была умиротворяющей, пока я направлялся в хозяйственный магазин за кое-какими припасами, но как только я поравнялся с витриной магазина хозтоваров «Ржавый якорь», та же назойливая мысль снова закралась в голову. Проект был почти завершён, а это значило, что и мы почти закончили, и ещё пару недель назад это было бы идеальным исходом. Мне нравился мой покой и моё уединение. Мне нравилось не думать ни о ком, кроме себя. Теперь же ничто из этого не казалось умиротворяющим, потому что я не хотел, чтобы время, проведённое вместе, подошло к концу.

Я замешкался у входа в магазин, занеся руку над дверью, но так и не толкнув её. Потому что, как бы я ни твердил себе, что всё это всегда затевалось ради дома, ради очевидных проблем с безопасностью и её полного отсутствия опыта даже в самом элементарном ремонте, теперь это было не совсем правдой. Мне нравилась её компания. Её нелепые шутки, в которых добрую половину времени едва ли был хоть какой-то смысл. То, как она упорно рвалась помогать, даже когда объективно делала только хуже. Даже уроки покера, которые она мне навязала и которые поначалу я скорее терпел, чем наслаждался ими, стали тем, чего я ждал с нетерпением, и я не был готов оставить всё это позади.

Если только… а что, если я не закончу ремонт? По крайней мере, не сейчас. Может, я слишком поздно освободился с работы, и магазин уже закрылся? Или, может, у них не оказалось нужных материалов, и их пришлось заказывать — что, весьма кстати, заняло бы пару дней на доставку? Но эта идея рассыпалась столь же быстро: с чего бы мне тогда вообще появляться у неё сегодня вечером?

Если уж держаться за отмазку с хозяйственным магазином, мне нужен был более веский повод прийти к ней домой, и тут меня осенило. Еда.

Каждый день, пока я был там, она готовила нам ужин, хотя слово «готовила» было явным преувеличением, учитывая, что это были полуфабрикаты из микроволновки день за днем — даже после того, как я привёл её кухню в рабочее состояние, что намекало на то, что кулинар из неё, скорее всего, был ужасный.

Так что сегодня, возможно, стоило сменить тактику и сказать, что вместо этого я хочу приготовить для неё сам. Я мог бы даже предложить научить её, и это выиграло бы мне ещё несколько дней. Но едва мысль оформилась, как тут же рассыпалась в прах: ведь если я научу её, я стану ей больше не нужен, и я окажусь ровно там, откуда начал.

— Блядь, — пробормотал я себе под нос, проведя рукой по волосам и зацепившись пальцами за хвост. Я вел себя как какой-то неловкий подросток, просчитывающий каждый возможный вариант. Мне не нужно было прыгать через обручи лишь ради повода увидеть её — я мог просто поступить по-взрослому и признать, что мне нравится проводить с ней время. Но с другой стороны… а что, если она не чувствует того же? Я закрыл тот эмоциональный канал, чтобы дать ей личное пространство, так что понятия не имел, что она чувствует сейчас. А вдруг ей просто нравилось моё присутствие из-за того, что я был полезен — потому что чинил вещи и давал то, в чём она нуждалась?

Нет.

Нет, она была не такой. Даже за то недолгое время, что я её знал, в ней всегда чувствовалось нечто искреннее. И да, я знал, что влечёт её ко мне, это было очевидно, но мне также хотелось верить, что за этим стоит нечто большее. Или, может быть, я просто надеялся на это.

Я развернулся от хозяйственного магазина, окончательно определившись с решением, и зашагал по улице, целиком отдавшись идее приготовить для неё ужин. Я мог сделать что-то из родных краёв — обычное традиционное японское блюдо, ничего чересчур вычурного. Лосось с рисом было бы приготовить достаточно просто.