Ее внимание привлекло новое ситечко для чая в форме золотого солнышка. Она бережно взяла его пальцами, полминуты полюбовалась изящной работой и осторожно вернула на бархатную подставку. Как бы сильно ей ни хотелось эту прелесть, сейчас ей жизненно необходима была Сыворотка с морскими минералами, которая помогала уснуть и отгоняла тревожные сны.

Темпест с удовольствием опустила баночку в свою корзинку, радуясь, что чудодейственное средство снова появилось в продаже.

ПЕРВЫЕ ШАГИ

Глава 4

РИД

Два дня спустя Рид обнаружил, что завороженно смотрит на Бухту Полумесяц с той стороны, откуда город открывался только океану. Затаившись у самого края пляжа, там, где глубина позволяла ему прятаться прямо под водой незамеченным, Рид разглядывал сушу. Заходящее солнце укутывало всё вокруг мягким золотистым светом. Его любопытные ореховые глаза жадно впитывали каждую деталь.

Люди — десятки, а может, и сотни — прогуливались по песчаному берегу и по борту наполовину выброшенного на сушу старинного корабля, возвышавшегося над пляжем. До него доносились самые разные голоса, незнакомые акценты и наречия, которые он не мог распознать. Рид наблюдал, как влюбленные пары неторопливо гуляли вдоль прибоя, держась за руки, шептали друг другу нежные слова и обменивались трепетными поцелуями. Они казались счастливыми — каким-то особым, неуловимым счастьем, которое он не мог объяснить словесно, но чётко ощущал за версту. Чистая радость, обожание и ласка.

Когда они проходили мимо и их голоса затихали вдали, Рид чувствовал лёгкий укол светлой грусти. Наблюдение за этими счастливыми парами дарило ему странное чувство умиротворения, которое прежде он ощущал, лишь когда его собственные родители нежно ухаживали друг за другом. Их любовь сияла, словно полная луна — неоспоримая, глубокая и сильная. Ему до боли хотелось познать такую же любовь.

— Ну пойдём же, я хочу посмотреть лавочки! — увлечённо проговорила одна девушка, потянув своего спутника за руку. — Я так рада, что снова начался сезон Лунных рынков!

— Ладно, ладно, иду, — с улыбкой отозвался её возлюбленный.

На случай, если он найдёт в себе смелость попытаться ступить на сушу и принять иной облик, Рид захватил с собой небольшой мешочек с редкими нежно-розовыми жемчужинами, сверкающими самоцветами с затонувших кораблей и старинными золотыми монетами из сундуков. Его учили, что такие вещи имеют ценность и на суше, хотя люди, в основном, пользовались бумажными деньгами, о которых он не имел ни малейшего представления. Он лишь надеялся, что этого хватит, чтобы добыть достаточно рыбы для своего сохнущего от голода клана.

Собрав всю волю в кулак, тритон позволил своей голове подняться над гладью воды. В тёмное время суток, да ещё и в таком шумном, людном месте никто не обратит внимания на ещё одно волшебное создание, выходящее из океана. Осторожно, опираясь на руки, он потянулся вперёд по мягкому песку.

Как только его хвост перестал касаться родного моря, по телу разлилось странное, покалывающее ощущение. Острое, но терпимое сжатие пробежало по всей длине хвоста: бирюзовые чешуйки вдруг начали расступаться и таять на глазах. Вместо хвоста появились две гладкие, персикового оттенка, человеческие ноги, и Рид с немым изумлением уставился на человеческие ступни, покоящиеся перед ним на песке.

Он шевельнул пальцами ног и осторожно коснулся нежной кожи там, где ещё мгновение назад сверкала чешуя. Кожа казалась мягкой, теплой и чуть влажной. Рид удивленно моргнул от внезапного, требовательного позыва легких: рот самопроизвольно раскрылся, жадно втягивая не морскую воду, а воздух небес.

— Ох… — тихо выдохнул он, растирая грудь.

«Что ж, неприятно, но вовсе не та смертельная мука, о которой твердили наши предки, — подумал он про себя. — Уже неплохо».

Попробовав подняться, Рид тут же пошатнулся и едва не завалился набок. Человеческие ноги с трудом удерживали его: нетренированным мышцам не хватало той многолетней силы и закалки, которой обладал его мощный хвост. Похоже, всё окажется куда сложнее, чем он думал.

Медленно, шаг за шагом, он сумел обрести устойчивость и найти равновесие в новом теле. Рид провёл ладонью по виску, убирая со лба смоляные влажные пряди и сгоняя последние капли морской воды. Он ощупал свой торс, шею, плечи, лицо — здесь всё осталось прежним.

Однако на талии, где обычно начинался его бирюзовый хвост, теперь виднелась лишь россыпь мерцающих чешуек, уходящих под небольшое полотно белой ткани. Русалок никогда не заботила одежда, но все люди вокруг были так или иначе прикрыты. Чтобы не выделяться, ему явно стоит раздобыть что-то подобное в местных лавках.

— Эй! Осторожно! — окликнул его чей-то голос справа, заставив Рида вздрогнуть.

Белый мяч с ходу врезался ему прямо в плечо, и Рид с глухим стуком шлёпнулся на песок, больно опустившись на заднюю часть бедер. Удар о твёрдую землю на мгновение вышиб из него дух — ощущение совершенно новое и неизведанное. В море ведь невозможно упасть. Или споткнуться.

Среди русалочьего народа Рид считался невероятно грациозным и статным. Но на суше, похоже, всё было иначе. Он пока не понял, как к этому относиться.