Оставшись в одиночестве и будучи загнанным в угол, первый Легион не мог больше бежать. Со злобным шипением он рванул вперед, извернувшись так, чтобы подсечь меня слева одной из своих самых длинных ног. От неожиданности я крякнул и перепрыгнул через этот низкий подкат, как раз вовремя, чтобы увидеть, как вторая нога выстрелила вперед, пытаясь пронзить меня, пока мои ноги были в воздухе.

Я взмахнул мечом, едва успев отбить удар в паническом парировании, которое заставило бы Ориона кричать в ярости, если бы он это увидел. Но его здесь не было, со мной осталась только его наука. А со всем остальным придется разбираться лично.

Я неуклюже приземлился, покачнувшись в сторону, пока гасил инерцию от удара Легиона. И как я только умудрился поймать эту детскую разводку? Вдохновленный своим локальным успехом, монстр попер буром, его ноги так и мелькали, пока он пытался развить преимущество. Я отступал под этим шквалом ударов, отчаянно пытаясь поймать прежний ритм. Год назад я бы тут и остался.

Но я, на минуточку, учился у самого Охотника. Монстр не знал ни одной уловки, которую мой учитель не применил бы ко мне. Я переждал натиск твари, пока постепенно не смог создать пространство, чтобы перегруппироваться. На мгновение я даже подумал призвать свою косу в свободную руку, чтобы получить второй аргумент против этого избытка конечностей, но вовремя передумал. Коса была слишком огромной и громоздкой, чтобы махать двумя орудиями одновременно — я бы просто отрубил себе что-нибудь важное.

Теперь, когда я вернул контроль над ситуацией, пришел мой черед атаковать. Я начал обманное движение вперед, производя финт вверх, после чего резко присел и сделал выпад, целясь в центр туши крабовидной части монстра.

БАХ.

Казалось, весь мир содрогнулся под моими ногами. Мы с Легионом синхронно отпрянули друг от друга, одинаково ошарашенные этой звуковой волной.

Какое «удачное» время для землетрясения. Вот что бывает, когда устраиваешь дуэли в опасной близости от разлома Сан-Андреас. Рано или поздно это должно было случиться, спасибо моей карме.

БАХ.

Все снова задрожало. Я с нарастающим ужасом медленно повернул голову к пролому, когда до меня дошло. Это было не землетрясение; кто-то с той стороны целенаправленно долбил по дыре между Реальностью и Ничто.

О нет.

Я переходил Радужный мост между Подземными мирами. Я убегал от неописуемых ужасов древних существ, которые таятся за Завесой. Я прекрасно знаю, что прячется во Тьме. И если кто-то из тех ребят сейчас пытается прорваться сюда… что ж, слово «хреново» тут даже близко не отражало масштаб катастрофы. Для такого просто нет подходящих слов в английском языке.

Я понятия не имел, как должен выглядеть КОНЕЦ СВЕТА — Кейн мне так и не рассказал. Думаю, он и сам не знал. Но Старейшина, проламывающий себе путь в Реальность, определенно подходил на роль главного спонсора апокалипсиса.

К моему удивлению, Легион вдруг издал панический писк и уставился мимо моего плеча на пролом. Он сделал несколько торопливых шагов назад, явно напуганный тем, кто пытается лезть следом, ничуть не меньше моего. Грех было не воспользоваться моментом: я нырнул вперед, проскочив под его длинными ходулями, и сократил дистанцию до упора.

К тому времени, когда оно заметило меня, было уже слишком поздно.

Сияющий клинок Ориона со свистом вонзился в человеческую часть груди монстра, уйдя под углом вверх — прямиком к сердцу. Многоликое существо запрокинуло голову и закричало от агонии, когда его плоть загорелась. Воздух тут же завонял тухлым мясом, а Свет вокруг меня вспыхнул настолько ослепительно, что мне пришлось зажмуриться.

Затем существо рухнуло — все его ноги подкосились одновременно, будто жизнь просто выдернули из розетки. Крабий панцирь с хрустом впечатался в бетон. Свет вернулся к своей нормальной яркости, а когда я открыл глаза, калейдоскоп лиц на его башке наконец замер.

И куда делись все эти души? Когда я убил Рыцаря Страха своей косой, то впитал их в себя, поработав временным контейнером, пока не дотащил до Завесы. Оставалось надеяться, что у меча Азраила встроен аналогичный функционал.

БАХ.

Мир снова содрогнулся. С металлических стеллажей вокруг меня градом посыпались ящики. Я покачнулся, разворачиваясь к искореженному кольцу и его порталу в бездну. Времени переживать за потерянные души не было — перво-наперво нужно было спасти Реальность.

На поверхности тьмы зашевелилось нечто, напоминающее гигантское щупальце мучимого осьминога. Оно было фиолетово-черным, сплошь покрытым опухолями, наростами и... глазами. Мой разум содрогнулся, стоило мне пересечься взглядом с одним из них.