"Это сложно", - признался Алекс, сосредоточив половину своего внимания на жаровне, до краев наполненной макаронами с сыром. "Они могут сказать ему, чтобы он распустил Охоту, но он, скорее всего, проигнорирует это".

"А что будет потом?"

Алекс пожал плечами. "Точно не знаю, такое случается нечасто. Конгрегация как-то одновременно и церемониальна, и очень серьезна. У них не так много власти, чтобы приводить дела в исполнение, но если кто-то разозлит достаточное количество Созвездий, иногда они объединяются, чтобы вершить правосудие".

"Полагаю, Драко попадает в эту категорию?"

"Насколько я слышал, ему несколько раз делали выговор, и он смеялся над Конгрегацией, и никто ничего не предпринимал. Но когда он возглавил расправу над Охотой, это зашло слишком далеко, и многие Созвездия сформировали совместную оперативную группу, чтобы уничтожить его".

"Значит, пока ты не выходишь слишком далеко за рамки, они хлопают тебя по рукам и отпускают", - заметил я, вновь поразившись тому, насколько это похоже на земную политику. "Но если ты становишься достаточно большой проблемой, все собираются вместе и разбираются с тобой".

"Ага, и мне кажется, что вся повестка дня этого съезда направлена на то, чтобы дать Ориону возможность стать проблемой".

"Я заметил".

Алекс одарил меня крошечной ухмылкой, когда проскользнул к шведскому столу. Я уже собирался последовать его примеру, когда заметил единственную вещь, которая заинтересовала меня больше, чем бесплатная еда, - способ освободить свою душу. Карина Аргосская стояла в одиночестве за одним из коктейльных столиков на краю зала, недоверчиво оглядывая аудиторию своими черными глазами.

Сказав своему желудку, что ему придется подождать своей очереди, я махнул Алексу рукой и направился к бывшему Аргонавту. Она заметила мое приближение, ее темные брови сошлись в форме буквы V, а глаза сузились.

"Куда это ты собрался улизнуть?" - раздался позади меня холодный голос. Все мои нервы и социальная тревога мгновенно испарились, поглощенные пустым гневом потери.

Мэв снова стояла у меня за спиной. Ее зазубренный обсидиановый меч все еще висел у нее на поясе, и я с отвращением посмотрел на него. Какое-то время мы просто глядели друг на друга, продолжая наше противостояние с того места, где остановились, не желая ни дышать, ни моргать.

Наконец она отвернулась с небольшим недовольным вздохом. Я почувствовал, как в уголках моего рта появляется жестокая усмешка, и дал ей волю. Не было смысла притворяться, что мы с Мэв ладим. Мы оба знали, кто мы такие.

"Тебя вызвали, - сказала мне Владычица Зимы. "Поспеши".

Бросив украдкой взгляд через плечо на Карину, я вздохнул в знак признательности и повернулся, чтобы последовать за Мэв. Я держался в нескольких шагах позади нее, давая понять, что она ведет меня, будто слуга. К тому же надеялся, что у нее зачешутся лопатки от осознания того, что я прячусь в ее слепой зоне.

Пока мы шли, мои мысли неслись вскачь. Заметила ли меня Доун, когда я подглядывал за ее встречей с Самаэль? Рассказала ли ей Мэв? Я не задумывался о последствиях того, что меня поймают на подглядывании, но будет ли этого достаточно, чтобы Доун вышвырнула меня из Двора Одуванчиков?

А даже если и нет, смогу ли я доверять тому, кто так уютно общается с демонами?

Леди Зима привела меня в противоположный конец зала, где сгрудился отряд фейри. С ворчанием я вспомнил о своем втором бейдже и произвел горячую замену, официально превратившись из Мэтью Карвера, Оруженосца Охоты, в Мэтью Карвера, Повелителя Огня, прежде чем мы достигли Доун.

Королева Всех Фейри принимала придворных, пила шампанское из фужера и кивала, когда несколько ее советников говорили. Я не мог расслышать ни слова из того, что они говорили, а это означало, что Доун использовала свою связь с духом воздуха, Сильфидой, чтобы предотвратить распространение звука.

Мой отец притаился на краю круга. Он слегка кивнул мне, переведя взгляд с Мэв на меня. Возможно, это было самое теплое приветствие, которое я получал от него за последние годы. Все в порядке, мне, наверное, не нужна терапия.

"Мэтью, какого черта только что было?"- потребовала Доун, как только я переступил порог шумоподавляющего пузыря. Мои уши слегка заложило от перепада давления воздуха.

"Какого черта было что?"- спросил я, застигнутый врасплох, когда дюжина или около того фейри повернулись, чтобы посмотреть на меня.

"Охотник сказал, что будет настаивать на нашем повторном приеме в Конгрегацию Созвездий, а когда мы вошли, он молчал", - прорычала она.