Открыв флягу, доктор Келлин вылила в нее содержимое пузырька, закрыла и встряхнула.

— Вот то, что тебе нужно, Конни, — сказала она, поворачиваясь к нему.

Он нетерпеливо протянул руку, жестом показывая, чтобы она дала ему флягу. Алекс натянуто улыбнулся, стараясь, чтобы Торрес это заметил.

— Подожди, — вдруг насторожился старик. — Сначала попробуй сама.

Доктор Келлин побледнела и украдкой посмотрела на Алекса, но тот лишь кивнул.

Ее руки дрожали, когда она открывала флягу, и она замешкалась.

— Давай, доктор, — сказал Торрес, и бандит с плоским лицом достал пистолет.

Доктор Келлин поднесла флягу к губам, запрокинула голову и сделала большой глоток.

— Вот, — сказала она, завинчивая крышку. — Все как я и обещала.

— Босс, смотри, — сказал бандит с плоским лицом, указывая на доктора Келлин.

На глазах у Алекса доктор Келлин вздрогнула, как будто ей стало холодно, а потом ахнула. На ее лице появилась улыбка, выражавшая чистое наслаждение, она запрокинула голову, и ее тело задрожало. Руки стали тоньше и подтянутее, а на коже исчезли морщины. Седые волосы на макушке исчезли, и теперь она была рыжеволосой до самых кончиков. Когда она опустила голову, доктора Келлин уже не было, а Джессика смотрела прямо на него.

27. Лилит

— О, дорогая Андреа, — сказала Конни Торрес, едва сдерживая радостный смех. — Это просто потрясающе.

На глазах у Алекса Джессика опустила взгляд на свои руки и улыбнулась. Ее лицо сияло от восторга, и она глубоко удовлетворенно вздохнула.

Но почти сразу же выражение ее лица изменилось, и она, похоже, осознала, где находится. События последнего дня, особенно последних нескольких минут, словно нахлынули на нее, как будто та часть ее сознания, которая принадлежала Келлину, и та часть, которая принадлежала Джессике, были по сути своей разделены, хотя и явно связаны между собой.

Ее прекрасное лицо омрачилось от стыда и огорчения, и она повернулась к Алексу.

— Я… — начала она, но слова застряли у нее в горле. — Мне так жаль.

Алекс слегка пожал плечами. Он надеялся, что ошибался насчет настоящих отношений между Джессикой и доктором Келлином, но был готов к тому, что окажется прав.

Взгляд Джессики стал жестким, а лицо помрачнело. Она явно ожидала от Алекса другой реакции.

— Как давно ты знаешь? — спросила она.

— Еще минуту назад я не был уверен, — признался Алекс. — Меня действительно ввели в заблуждение твои карие глаза. Я не обратил внимания на то, что ты всегда носила зеленое, а доктор — синее. Какой же я детектив.

— Не хочу прерывать этот трогательный момент, — сказал Торрес. — Но теперь я заберу у тебя эту склянку.

Он кивнул головорезу с растрепанными волосами, и тот забрал у Джессики склянку.

— Мне так жаль, — снова прошептала она, пока мужчина нес склянку Торресу. — Зелье… оно снижает самоконтроль. Я знала, что не должна была начинать с тобой отношения, но… — Она посмотрела на него сияющими глазами. — Я просто ничего не могла с собой поделать. — Если тебе от этого станет легче, то знай, что тебе не пришлось прилагать особых усилий, — сказал Алекс. — Торрес, возьми флягу и открой крышку.

Торрес с готовностью взял флягу и отвинтил крышку. Его лицо растянулось в ухмылке, а в глазах зажглась та же алчность, которую Алекс видел раньше. Не колеблясь, он поднес флягу к губам и сделал глоток.

— Как ты догадался? — спросила Джессика, не обращая внимания на Торреса.

— Погибшие студенты, — ответил Алекс. — Одного из них звали Джессика Дэвис, другого — Эндрю О’Нил. Я понял, что это не может быть совпадением.

Она опустила глаза, а потом кивнула.

— Они были моими друзьями.

— Значит, ты начала готовить свой особый эликсир молодости, когда Линда заболела, — сказал Алекс. — Рано или поздно кто-нибудь увидел бы тебя в таком виде, и тебе пришлось бы выдумать несуществующего лаборанта, чтобы объяснить, почему ты так выглядишь.

— Сколько времени это должно занять? — спросил Торрес, поднимая флягу, чтобы посмотреть на свои скрюченные, покрытые пятнами руки.

— Твой организм не привык к этому составу, — сказала Джессика своим страстным контральто.

Торрес снова поднес флягу к губам, но Джессика предостерегающе подняла руку.

— Алекс говорил правду, — сказала она. — Состав токсичен, и если ты выпьешь слишком много за раз, то умрешь.

Торрес замешкался, потом опустил флягу и снова посмотрел на свои руки.

Джессика наклонилась к Алексу.

— Я ценю твою галантность, с которой ты пришел мне на помощь, но есть ли у тебя какой-то план? Как только состав подействует на Конни, ситуация может стать опасной.

— Конечно, у меня есть план, — прошипел Алекс своим самым возмущённым тоном. — Как ты думаешь, для чего я всё это рассказывал?

— Зная тебя, — ответила она, — я бы сказала, что ты хотел показать, какой ты умный.

— Это был просто бонус, — сказал он. — Я тянул время.