— Какой же ты милый, — сказала она. — Я знаю, что мне не обязательно убивать Конни. — Она улыбнулась, и на ее лице снова появилось безумное выражение. — Но мне очень, очень этого хочется.

Она наклонилась и поцеловала его в щеку, затем взяла нож и направилась к двери, за которой скрылась Конни Торрес.

28. Цена победы

Алекс стиснул зубы и забрался на один из тяжелых лабораторных столов. Осколки стекла впивались в бедро и ногу, раня кожу. В конце концов он подогнул здоровую ногу и раздавил осколки ботинком, превратив их в мелкую крошку.

Он задержался на столе, пытаясь прийти в себя. Из десятка мелких ран на ногах и спине сочилась кровь. Он осторожно перенес вес на раненую ногу. Она болела, но вполне выдерживала его вес.

Алекс знал, что у бандита с плоским лицом был пистолет, но ему не хотелось смотреть на кровавое месиво, в которое превратилось его тело, поэтому он повернулся к блондину. Пистолет 38-го калибра все еще был у него в руке. Алекс, хромая, подошел к нему и вытащил оружие из мертвой хватки. Он взвесил пистолет в руке, и его тяжесть немного успокоила Алекса.

Повернувшись к двери, за которой исчез Торрес, а совсем недавно и Лилит, он, пошатываясь, пошел через комнату. Ему потребовалась минута, чтобы подняться по деревянным ступенькам на небольшую площадку, оборудованную для инвалидного кресла Торреса. С каждым шагом нога болела все сильнее. Он чувствовал, как по ней стекает кровь, но с этим придется разобраться позже.

За дверью в конце площадки был длинный коридор, обшитый темными деревянными панелями и увешанный картинами. Проходя мимо, Алекс увидел портреты Торреса со всевозможными знаменитостями: актерами, спортсменами, певцами и сенаторами. Были даже портреты с президентами. В отличие от фотографий, которые хранили Бёрнхэм и доктор Келлин, на этих снимках Торрес был не с друзьями, а с людьми, которых богатый и амбициозный человек мог использовать для продвижения по службе.

Алекс остановился, чтобы рассмотреть одну из картин, на которой Торрес стоял рядом с королем Англии. Этот вид отвлек его, но он все же успел заметить движение в зеркальном стекле, закрывавшем картину.

Пол заскрипел у него за спиной, и Алекс понял, что оборачиваться нельзя. Он дернулся в сторону, задыхаясь от боли в раненой ноге. Пухлый темнокожий мужчина с короткой дубинкой в руке шагнул вперед, целясь Алексу в голову. Он не ожидал, что Алекс сдвинется с места, поэтому промахнулся, но все же ударил его дубинкой по спине.

Хрипя от боли, Алекс развернулся и, достав одолженную у кого-то пушку 38-го калибра, дважды выстрелил в упор. Мужчина отшатнулся, но не выпустил дубинку из рук. На его смуглом лице отразились шок, а затем гнев, и он снова замахнулся дубинкой.

— Стой, — сказал Алекс, целясь в сердце мужчины.

Тот не остановился, и Алекс выстрелил еще два раза. На этот раз мужчина упал вперед, навалившись на Алекса и прижав его к стене. Картины посыпались на пол, голова Алекса с силой ударилась о стену, и, прежде чем он успел понять, что происходит, он оказался сидящим на полу, а темнокожий мужчина смотрел на него безжизненными глазами.

За спиной у мертвеца Алекс разглядел проем в стене. Это была потайная дверь, которую он не заметил, слишком увлекшись картинами.

Ошибка, которая едва не стоила ему жизни.

Глупо.

Алекс все еще смотрел на проем, когда появилась вторая тень. Алекс поднял пистолет и нажал на спусковой крючок, но барабан был пуст.

— Я же говорила тебе оставаться на месте, — сказала Лилит, выходя из темноты с полуулыбкой. — Что бы ты сделал, если бы я была одной из людей Конни?

— Я бы что-нибудь придумал, — ответил Алекс, все еще слегка оглушенный ударом по голове.

Лилит перешагнула через труп.

— Постарайся не нарываться на неприятности, пока я не вернусь, — сказала она, проходя мимо Алекса. На ходу она протянула руку и начала водить кончиком кукри по деревянной панели, оставляя на ней длинную царапину.

— Где ты, Конни? — крикнула она на ходу. — Не хочешь со мной поиграть?

Ее голос звучал выше обычного, и она еще больше походила на маленькую девочку. От этого у Алекса по спине побежали мурашки.

Он уже готов был бросить Торреса и его людей на произвол судьбы. Из ноги все еще текла кровь, а голова болела после удара о стену, но он знал, что где-то под убийственной маской Лилит скрывается Джессика. Он невольно представил ее у ворот заднего двора магазина в зеленом шарфе, такой же, какой он увидел ее в первый раз. Он должен был помешать Лилит погубить себя и Джессику.

Оттолкнув от себя разбитые рамы и осколки стекла, Алекс перевернулся на здоровую ногу. Опираясь на стену, он поднялся на ноги.

По крайней мере, попытался.

Но как только он встал, его накрыла волна головокружения, и он снова сполз по стене и сел. В течение нескольких минут он то терял сознание, то приходил в себя, смутно осознавая, что где-то над ним раздаются выстрелы.