Я ей подмигнул, и девушка даже улыбнулась. Затем я взял у Виктории фонендоскоп и приступил к осмотру.

— Хмм… — задумался я и взглянул на Делари.

А через пару минут прослушивания сам измерил давление и улыбнулся.

— Виктория Владимировна, подскажите, пожалуйста. Вот этот томик ваш? — кивнул я на книжку, которая теперь лежала на стуле.

— Да, Григорий Романович, — ответила девушка.

— Могу посмотреть?

— Конечно!

Я пролистал книжку, улыбнулся и положил её обратно.

Чтиво действительно интересное. Незадолго до закладки, где, судя по всему, остановилась госпожа Делари, как раз шёл раздел о сердечно-сосудистых заболеваниях.

— Ещё вопрос, Виктория Владимировна. Когда вы в первый раз измерили давление, оно тоже было высоким?

Девушка задумалась и через несколько секунд кивнула:

— Да, но не таким высоким. Может быть, слегка завышенным, но точно выше нормы.

— Хорошо, — кивнул я.

В принципе, всё понятно.

— Вставайте, Светлана Валерьевна. Нет у вас никакой сердечной недостаточности, как и перикардита.

— Правда?! — с удивлением воскликнула блондинка. — Ура! Я так испугалась!

Она села на парту и принялась переводить дыхание. Грудь так и вздымалась туда-сюда.

— Но как же! — растерялась Виктория. — Я же точно слышала шум! И давление…

— Насчёт давления должен вас похвалить, — начал я с хороших моментов. — Для студентки второго курса у вас удивительно хорошо получается его определить по ярёмной вене. Обычно такой метод даётся не всем и требует немалой практики. А вот насчёт шума отдельный разговор. Давайте-ка пройдём за ширму, которой вы почему-то ни разу не воспользовались, — подчеркнул я, — И всё выясним.

— Ширму? — захлопала глазами Виктория.

— Ширму?! — ахнула Светлана.

— Да-да. Вы обе. За ширму. Прошу.

Девушки переглянулись и слегка покраснели.

— Григорий Романович, — нервно сглотнула Светлана. — Вы же не хотите…

— Именно этого я и хочу, — твёрдо ответил я. — Живее! Занятия у нас не бесконечные.

Девушки снова переглянулись, но всё же выполнили указания. Не стану, конечно, заставлять их обнажаться перед всей аудиторией, но провести пару простых манипуляций за ширмой не должно составлять никаких проблем.

Когда они были на месте, я встал снаружи, чтобы не усугублять ситуацию, и попросил Викторию ещё раз прослушать сердце Светланы, на этот раз без слоёв одежды.

— Ну как?

— Ой… — раздался голосок госпожи Делари. — Шум как будто бы… стал меньше? Но он есть! Точно есть!

— Да ж что же это… — испуганно пропищала Светлана. — Всё-таки перикардит?!

— Приложите фонендоскоп посильнее, — посоветовал я, — и прослушайте ещё раз.

Судя по затянувшейся тишине, Делари исполнила всё, как я просил. И уже через пару минут из-за ширмы раздалось:

— Н-никакого шума. Кажется, это…

Она опять замолчала, так что пришлось подтолкнуть:

— Что кажется, Виктория Владимировна?

— Кажется… это просто шуршала одежда. И мембрана прилегала неплотно. А давление подскочило из-за волнения, надо полагать…

Снова тишина. На этот раз студенты замерли в удивлении, а затем раздался возмущённый возглас Светланы:

— Что? Одежда?! Вика! — вспыхнула она. — Я тебя этим же фонендоскопом сейчас и придушу, поняла? Ты хоть знаешь, как я испугалась?

— Так-так-так, сударыня! — прервал я их ссору. — Фонендоскоп подотчётный, использовать можно только по назначению. Всё! Виктория, вы остаётесь в числе провалившихся. Светлана, одевайтесь и возвращайтесь за парту.

Виктория тут же вылетела прочь, Светлана выскочила за ней через несколько секунд, всё ещё продолжая застёгивать пуговицы на груди. Девушки сели на свои места, и Делари старательно пыталась не замечать яростный взгляд подруги.

А у нас тем временем остался последний, кто не справился с заданием.

— Владислав Егорович, — Подошёл я к студенту, который был напарником Алексея. — Ну так что вы скажете в своё оправдание?

Парень выглядел понурым. Особенно рядом со своим другом, который привычно держал слегка надменное лицо с полуулыбкой.

— Я не знаю, Григорий Романович, — вздохнул Владислав. — Всё перепробовал, всё переслушал и перещупал! Ну не знаю я! — развёл он руками.

— Это ваше заключение, правильно я понимаю?

— Да! — выпалил парень. — Я не знаю, чем болен Алексей. Хоть убейте, не знаю!

— Э-эх, жаль. Вы ведь были очень близки к разгадке, — хмыкнул я.

— Как это? — удивился Влад.

— Да-да, как это так? — вместе с ним удивился Алексей.

Остальные ребята внимательно слушали, ожидая новых открытий из моих уст.

— Дело в том, что господин Родимин…. — сделал небольшую паузу для интриги, — здоров!

В ответ на это я получил тишину и взмахи ресницами от ошарашенного Владислава.

— Как это — здоров? — нахмурился он.