Тристан лишь хмыкнул в ответ и, не сводя с меня взгляда, провёл большим пальцем по моим костяшкам, нарочно размазывая по ним кровь.

— Никого важного.

Я с трудом сглотнула, ком в горле мешал дышать.

— Значит, никто из нас не важен.

Его рука на мгновение замерла, и на секунду я испугалась, что ещё сильнее разозлила его. Но уголки его губ дрогнули, давая понять, что это было совсем не так. В нём было столько тьмы и чего-то зловещего, что сердце колотилось уже по другой причине. Во мне бушевало столько эмоций, что я не могла выделить какую-то одну. Но самым сильным чувством был страх, и я позволила ему заполнить всё внутри

— Если я трахну тебя в её крови, ты закричишь? — внезапно спросил Тристан, полностью игнорируя мои слова.

Мне точно не хотелось такого, но жизнь была дороже.

— Нет, — честно ответила я.

Он разочарованно вздохнул.

— Так я и думал. — Тристан отпустил моё запястье и просунул руку между прутьев. Окровавленные кончики пальцев скользнули по моему соску, и меня передёрнуло от нервной дрожи и отвращения. — У меня для тебя подарок.

— Ч-что это?

Вместо ответа Тристан схватил брелок и вытащил один из ключей. Зажав его между пальцами, он вставил ключ в замок и повернул. Мои руки соскользнули с прутьев, и я осторожно отступила на шаг, чувствуя, как страх разливается по всему телу. Тристан был невменяемым, непредсказуемым и безумным. Невозможно было угадать, какой «подарок» он принёс.

Войдя внутрь, он закрыл за собой дверь и снова запер её. Тристан был молчалив, холоден и расчётлив, оценивая меня. Спустя несколько мгновений он двинулся вперёд, оставляя на бетонном полу цепочку кровавых следов от ботинок.

— Я что-то сделала не так? — спросила я, отступая ещё на шаг.

Тристан ничего не ответил, и это было страшнее, чем если бы он просто сказал «да». Он обхватил меня за талию, прижимая моё обнажённое тело вплотную к своему пропитанному кровью. Его рука опустилась вниз и крепко сжала мою ягодицу. Тристан провёл носом вдоль моей шеи, вдыхая запах, а потом прижался губами к моим и грубо поцеловал. У меня вырвался испуганный вздох и это дало ему именно тот доступ, которого он добивался. Его язык скользнул между моими губами, сплетаясь с моим в борьбе за господство.

Чего он от меня хотел?

Я не была тщеславной или эгоистичной в каком-либо смысле этого слова, по крайней мере… я так не думала. Но, насколько я знала, с другими девушками Тристан себя так не вёл. Он был жесток. Чёрт, Тристан был весь в крови другой женщины после того, как изнасиловал её, и вот он здесь, целует и лапает меня. Тристан застонал, прижавшись к моим губам, его грудь вздымалась в сбивчивом ритме.

— Ебать, — прошептал Тристан, прикусив мою нижнюю губу и потянув её. — Ты — сплошная проблема.

Я мельком глянула на Стейси, которая наблюдала за происходящим с широко раскрытыми глазами, в карих глазах отражалось полное замешательство.

Голос Тристана вернул моё внимание к нему.

— Ложись на кровать.

Каждый мускул в моём теле будто окаменел, а внутри всё сжалось от дурного предчувствия, словно тиски сомкнулись вокруг желудка. Я отстранилась от него, отступила назад, чтобы между нами было побольше пространства. Я знала, что не стоит доставлять ему неприятности, когда он выглядел… так. Тристан окончательно слетел с катушек.

— Не волнуйся. Я не собираюсь трахать тебя сегодня. Я пока не хочу твоей смерти, и не уверен, что смогу удержаться от того, чтобы перерезать эту милую маленькую глотку, если позволю себе потерять контроль.

Мой взгляд снова метнулся к ножу. И это, по его мнению, он сейчас контролирует себя?

Он был словно гадюка — холодный, расчётливый и совершенно безумный. Я не уверена, что видела когда-либо кого-то настолько злого, а я к тому времени видела уже много ужасных вещей.

Нехотя я подошла к кровати и опустилась на неё. Вес тела вдавил матрас, и мне пришлось поёрзать, чтобы обрести хотя бы кажущееся ощущение комфорта. Тристан подошёл к двери камеры, положил нож на пол и вытолкнул его наружу, так, чтобы он оказался вне досягаемости.

Умный ход.

Вернувшись, Тристан сел рядом со мной на кровать и принялся что-то искать в кармане.

— Я хочу, чтобы ты сделал для меня кое-что, — начал он. — Если сделаешь это, не заставляя меня применять силу, тебя сегодня вечером переведут наверх. Я даже сделаю предложение более заманчивым и разрешу взять с собой подругу.

В груди робко шевельнулась надежда. Перевод наверх обеспечит нам большую безопасность. Там больше свободы, еда получше, можно общаться с людьми. Я смогла бы помыться в настоящей ванной, которая не выглядит так, будто там кого-то зарезали, и не воняет гнилью и туалетом, как та, к которой нам разрешают подходить сейчас.

— У каждого желания есть цена, — продолжил он. — Готова её заплатить?