Прежде чем Хейзел успела сесть за свой обычный стол, Тристан выпрямился рядом со мной.

— Хейзел, — окликнул он, привлекая её внимание. Я не пропустил то, как всё её тело напряглось от звука его голоса.

В ушах шумела кровь, а по коже бежали мурашки. Мысли крутились по кругу, пытаясь найти объяснение тому, зачем он зовёт её в самом начале занятия. Сука, мы даже не начали, а он уже зовёт её.

— Подойди ко мне, — приказал Тристан, не сводя с неё глаз.

Хейзел нервно сглотнула, её взгляд метнулся к подругам, которые, судя по всему, были так же сбиты с толку, как и все мы. Медленно, осторожно, будто каждое движение требовало огромных усилий, она направилась к нам.

Как только она оказалась на расстоянии вытянутой руки, Тристан протянул руку, обхватил её за талию и усадил к себе на колени.

Винсент покачал головой, между его бровями залегла складка, словно он тоже не до конца понимал, что происходит. Удивить его, особенно в том, что касалось Тристана, было непросто, но сейчас он явно был озадачен.

Рука Тристана тут же легла на внутреннюю сторону бедра Хейзел, кончики его пальцев исчезли под юбкой.

Эмерсон, сидевшая за одним из передних столов, нахмурилась и сузила глаза, глядя на девушку рядом с Тристаном. Ни для кого не было секретом, что она питала к нему чувства. Многие девушки к нему привязывались. Тристан любил играть с их сознанием: заставлял их чувствовать себя особенными, давал небольшие привилегии, манипулировал. Со временем девушки начинали относиться к нему мягче, думая, что он действительно в них заинтересован. Но это никогда не было правдой. А когда Тристан заканчивал с ними… что ж, мы все видели, что случилось с Ниа.

Но Хейзел была умнее. Её так просто не обвести вокруг пальца. Хейзел ни за что на свете не влюбилась бы в парня, который так безжалостно навязался ей и который без малейшей жалости насиловал и убивал женщин вокруг неё.

— Сегодня мы проверим ваши знания, — объявил Тристан, проводя носом вдоль шеи Хейзел, словно ему постоянно нужно было к ней прикасаться.

Пожалуй, я бы предпочёл, чтобы она была на его хорошей стороне, а не на плохой. Если Тристан ею заинтересовался, у неё будет больше шансов выжить. Но от этого ревность, сжигавшая меня изнутри, ничуть не становилась слабее. Я не хотел, чтобы его херовы руки касались её.

— Я буду задавать вопросы по отдельности. Если вы будете говорить вне очереди, то будете наказаны, — продолжил он, скользя рукой дальше под юбку Хейзел. Я не упустил из виду, как её бёдра сжались, будто она пыталась не пустить его, но это было бесполезно. — И если вы ответите неправильно, вас накажут, — тихий стон вырвался у Тристана, когда он погрузил пальцы в её тугую киску, и с губ Хейзел сорвался сдавленный вздох.

Я был в нескольких секундах от того, чтобы сказать «на хер это всё» и оторвать Хейзел от него, наплевав на последствия. Сколько раз Тристан уже трахнул её? Сколько раз он лизал её киску или трахал пальцами?

— Боже, — пробурчал Азраэль, качая головой, когда понял, что делает Тристан.

Тристан лишь ухмыльнулся в ответ, и взгляд его стал жёстче.

— Хочешь что-то сказать? — бросил он с вызовом. Тристан крепче обхватил её талию, притянув ближе к груди, чтобы ему было удобнее.

Азраэль покачал головой, понимая, что спорить с ним об этом бессмысленно.

— Харли, — начал Тристан, обратив внимание обратно на переднюю часть комнаты. — Кто лучше: мужчины или женщины?

Девушка мгновенно напряглась, на скуле у неё заиграл мускул.

— Мужчины, — процедила она сквозь зубы. Я понял, что Харли сказала это только для того, чтобы успокоить его, но именно это и требовалось для выживания в таком месте.

Я даже не был уверен, что Тристан её услышал. Он был так сосредоточен на Хейзел и на том, что с ней делал. Мышцы на его бицепсе вздулись, а в тишине комнаты отчётливо раздавались хлюпающие звуки. Хейзел впилась зубами в свою пухлую нижнюю губу, словно ей приходилось бороться с собой, чтобы не выдать ни единого звука удовольствия. Тристан был чертовски одержим ею.

Наконец он хмыкнул и, замедляя движения, снова обвёл взглядом комнату.

— Почему здесь важна гигиена? — спросил он. — Лорен.

— Чтобы мы выглядели прилично для вас, ребята, — дрожащим голосом ответила она.

— Если тебе прикажут убить одну из подруг, что ты сделаешь? — понизив голос, спросил Тристан. — Хейзел.

Она всхлипнула в ответ.

— Сделаю, — прошептала Хейзел, и голос её дрожал.

Эмерсон фыркнула.

— Да ты ей задал… ну, типа, самый простой вопрос.

Тристан замер, пристально уставившись на неё. Как только слова сорвались с её губ, Эмерсон поняла, что облажалась. Мало того что заговорила не вовремя, так ещё и поставила под сомнение его авторитет. Может, Тристан и выделял кого-то из девушек, но никому не позволял себя унижать, а уж тем более женщине.