Прижимаю блокнот к животу, свожу ноги и сдержанно смотрю в окно, пока мы отъезжаем. За нами остается парковка, здание, витрины магазинов и чужие лица. Ничего необычного не происходит. Мы всего лишь едем на рабочую деловую встречу. Сколько мне еще нужно раз повторить себе это? Раз сто?

Вадим ведет одной рукой, второй периодически переключает музыку. Трендовые треки быстро сменяются, под которые Вадим нет-нет кивает в такт головой. Он не спрашивает, нравится ли мне, главное, чтобы ему песня подходила. Словно я не столько живой человек, сколько часть мебели.

— Ты всегда молчишь, когда едешь в машине? — вдруг спрашивает он.

— Собираюсь с мыслями перед рабочей встречей, — нахожусь, что ответить, на что Вадим издает едва слышный смешок.

— Это правильно, на рабочих встречах так и нужно.

Слова звучат странно фальшиво. В них слишком много радости, что меня настораживает.

Когда мы подъезжаем к нужной локации, я и вовсе теряюсь. Ведь ресторан оказывается не тем местом, где обсуждают релизы и охваты. Приглушенный свет, мебель из темного дерева, смех, голоса и звук бокалов, который выдает расслабляющую обстановку. Даже тот факт, что хостес здоровается с Вадимом по имени. Не по фамилии. По имени. Значит, он здесь не первый раз... Значит, я ошибаюсь, и встреча носит не совсем деловой характер…

4.2

Мы проходим к столику у окна. Он находится в светлом месте, и за ним сидит парень. Я иду с осторожностью, Вадим же, наоборот, движется стремительно, расправив гордо плечи. Он как орел, который ничего не боится, а я его пойманная мышь, что уже предполагает, чем закончится вечер. С другой стороны, наверное, я рано делаю выводы. Что может пойти не так в шумном ресторане? Здесь нет вип-кабинок, и ничего не скрывается от глаз людей. Даже если Вадим мне наврал, и мы здесь не совсем по работе, я не должна оказаться в крайне уязвимой ситуации.

В нос врезается запах еды: ароматы жареного мяса, оливок и какой-то пряности витают повсюду и пробуждают аппетит. Давно у меня не было желания съесть что-то вкусное. Обычно я довольствуюсь, чем придется и не шибко разбираюсь, сколько съела за день. Мои сантиметры на талии сузились за эти два года вполне прилично, чудо, что я не страдаю анорексией.

— Димка! Зацепин! — Вадим кричит так громко, что его звонкий голос разлетается эхом по всему залу и заставляет людей обратить внимание. Тот самый Димка поднимается из-за стола и с улыбкой кивает Вадиму, а затем и вовсе они обнимаются по-дружески. Пока я подхожу, то пропускаю момент брошенной фразы в мою сторону, она звучит тихо, замечаю только заинтересованный взгляд.

Дима — фудблогер выглядит вживую так же, как и на фотках в сети. Он коренастый, светловолосый с голубыми глазами. На нем черная майка с эмблемой именитого бренда, потертые джинсы и белые кеды. А смазливое лицо делает его вполне не отталкивающим, хотя меня отталкивает буквально все, что вызывает подозрение.

— Кто наша милая принцесса? — спрашивает Зацепин, совсем не стесняясь разглядывать меня в упор. А мне хочется взять зонтик и спрятаться за ним, ненавижу такое поведение.

— Принцессы живут в замках, — говорю я равнодушно, не следя за тоном. — А я помощница вашего… Вадима, — я осекаюсь, не зная, как вообще его обозначать.

— Помощница? Да ты нынче важная птица, дружок, — подмигивает Дима моему шефу, и оба отчего-то загадочно улыбаются. Затем Вадим отодвигает для меня стул и жестом показывает, чтобы я садилась. Ловлю себя на мысли, что если повторю в который раз о своем обязательном присутствии здесь, то получу выговор. Поэтому просто сажусь. Может, минут через десять они забудутся, и я смогу сбежать.

Вадим тоже садится, берет графин с лимонадом и наливает себе в стакан. За раз осушает напиток с тропическим вкусом, и только после начинает ухаживать зачем-то за мной. Наливает лимонад мне, накладывает с тарелки овощи на гриле. Я смотрю на него в полном недоумении, а он ведет себя так, словно мы с ним друзья на минималках.

— Старик заставил работать в его фирме, приходится быть крутым дядей. Если бы не Кира, я бы точно заскучал в этом ужасном офисе, — поясняет Вадим Диме, а потом и вовсе кладет руку на спинку моего стула. Мы не соприкасаемся никак, но по спине бегут неприятные мурашки от его поведения.

— Ну, жизнь такая штука: иногда приходится оправдывать ожидания родни. Кира, а чем твои родители занимаются? — Зацепин не сводит с меня глаз. А еще они нет-нет с Вадимом переглядываются, словно ведут немой диалог, содержимое которого мне знать не положено.

— Работают, — отвечаю я, ощутив, как от всего этого к телу будто липнут противные пиявки, которые хочется скинуть. Меня передергивает.

— Какое совпадение, — звучит больно иронично со стороны Димы. — Мои тоже работают. Да у нас общего больше, чем мы могли подозревать. Что ты делаешь на этих выходных? Может, вы с Вадимом приедете ко мне на день рождения? Я буду отмечать его на корабле. Музыка, алкоголь, танцы и все такое. Буду рад тебя видеть.