Я перевожу взгляд на Рому, и по его лицу не могу прочитать ничего. Он словно научился мастерски скрывать настоящие эмоции. Только легкая улыбка на губах, и глаза, в которых ровным счетом ничего, кроме банальной любезности. Он берет стакан с соком, когда его успели принести, даже не знаю, и делает короткий глоток. Затем медленно опускает его на барную стойку, скользя пальцами по стеклу.

— Думаешь… это хорошая идея? Мы же не знакомы с ним.

— Будет повод познакомиться, — Вадим хлопает Рому по плечу. Я же склоняю голову, пытаясь придумать, как сплавить своего босса или же, как перехватить после этой встречи Безрукова. Я просто обязана это сделать.

Снова погружаюсь в себя и неосознанно тянусь к очередной салфетке. Вадим вдруг тоже тянется к ней. Наши пальцы случайно касаются друг друга, и от этого легкого прикосновения тело пробивает, словно от противного озноба. Я тут же одергиваю руку, как бы это резко не выглядело, и прячу руки под стол. Остается ли моя выходка незамеченной, не знаю. Да и плевать, если честно.

— Хорошо, тогда я обязательно приду на день рождения, — соглашается Безруков.

— Вот это по-нашему, — радуется Вадим.

У Ромы звонит телефон, он тянется за ним в карман и когда достается, я вижу другой чехол. Два года назад у Ромы был черный с красными полосками, сейчас просто матового темного цвета. Вроде ерунда, старый мог изжить себя, да и телефон у него может быть уже другой. Но это почему-то цепляет, бьет по больному. Словно в жизни этого парня нет ровным счетом ничего, связанного со мной. Тогда как моя — это огромный мир, в котором я вижу только его. В любых мелочах, даже совсем глупых.

Я втягиваю носом воздух, чтобы не разреветься, рано пускать сопли. Пока еще ничего неизвестно. Взгляд Безрукова меняется, когда он смотрит на экран. В нем появляется серьезность, как у делового взрослого человека, а не молодого парня.

— Меня уже ждут, — сообщает он. Его слова режут больнее любого ножа, который мне могли бы вонзить в живот. Я хочу сложить руки в молитвенном жесте и просить задержаться еще хотя бы на секунду. А лучше вытолкнуть Вадима в шею, чтобы мы могли остаться с Ромой наедине. Может, кто-то его все-таки позовет? Может, официант случайно прольет на него сок или вино? Господи, да что угодно… Я не откажусь даже от катаклизмы, иначе как быть дальше…

Однако природа издевается надо мной и не посылает помощи. Рома все-таки встает. Он делает это настолько быстро, что мне уже начинает казаться, будто я сплю. Реальности нет. Все это сплошное видение, морок, что застилает мои глаза. Обман зрения.

— Напиши адрес, Вадим, — просит Безруков.

Мой шеф тоже встает, они обмениваются рукопожатием и кивками. Затем Безруков поворачивает голову в мою сторону. А я и не дышу в этот момент, сжимаюсь вся, аж пальцы покалывает. В горле ни капли кислорода. Легкие горят, сердце готово вырваться из меня и пуститься клубком следом за Ромой. Лишь бы узнать его путь. Лишь бы найти дорогу, которую мы однажды потеряли.

— Обязательно, Ром.

— Рад был знакомству, — обращается он ко мне, при этом, не назвав ни имени, ни сделав какой-то паузы. Не показав, что ему также сложно покинуть меня, как и мне его отпустить. Даже взгляда нет с сомнением. Ничего. Затем разворачивается и начинает уходить. Шаг за шагом. Прочь от меня. От прошлого, за которое я упорно цепляюсь.

Рома обходит встречных гостей, его спина все еще мелькает в тенях незнакомцев, но с каждой секундой она дальше и дальше. И мне ничего не остается, кроме как смотреть ему вслед. Смотреть и не моргать. Потому что если я моргну, кажется, он испарится. Я потеряю его снова, и в этот раз навсегда.

Вадим что-то говорит мне, мужской голос звучит фоном, как навязчивое радио, которое хочется выключить. В конце концов, я не выдерживаю. Стоит Роме коснуться ручки двери, как я спрыгиваю со стула.

— Кира, — зовет меня шеф.

— Мне нужно в туалет, — бросаю равнодушно и где-то раздраженно. А затем мчусь за Ромой. Перехожу на бег, не думая о правилах приличия, и что гости ресторана, да и его сотрудники, поглядывают на меня так, словно видят сумасшедшую. Я упорно продолжаю пробираться к выходу: сквозь столики, задевая чье-то плечо и совсем не извиняясь. В моей голове на повторе крутится только одна мысль: только бы успеть. Лишь бы он еще стоял на улице. Пусть ждет меня. Разве он может так легко уйти? Нет, конечно, нет!

Оказавшись напротив стеклянной двери, толкаю ее и выбегаю. Вечерний воздух ударяет в лицо, встречая меня прохладой и пылью, а еще гулом. Или же это гул в моем сердце… Я спешно начинаю оглядываться. Кручу головой то влево, то вправо. Подбегаю к парковке, которая за углом ресторана. И даже стучусь в стекло такси, которое вот-вот должно отъехать.

— Чего вам? — выглядывает из него тучный дядька.

— Простите… — лепечу я растерянно.