Поскольку последней точкой его пребывания там являлся кабинет, то туда он и попал. За окном была непроглядная ночь, но в рабочей комнате барона освещение имелось. Его создавал фонарик в руке какого-то мужчины в светлых штанах, сером сюртуке и картузе. Стоя на коленях перед раскрытым шкафом, он что-то выискивал на его нижней полке, безжалостно вышвыривая оттуда всё подряд, перед этим осматривая. А перед этим – кроме него некому, сообразил Великий Анд – ночной гость превратил кабинет в настоящий свинарник, расшвыряв здесь ненужные ему вещи. Нужное лежало на письменном столе – тонкая пачка банкнот, золотой портсигар, два массивных серебряных подсвечника, которые зачем-то приобрёл Шико, чернильница из слоновой кости, нефритовая статуэтка Венеры, как и в родном мире Немченко, без рук, ещё что-то, что Андрей не стал рассматривать.

– Бог в помощь, – подошёл к нежданному гостю почти вплотную. – Чего ищем?

Он вскочил так резко и неуклюже, что вначале ударился коленкой о раскрытую дверцу шкафа, затем левой рукой, державшей фонарик, о полку тумбы, выронив его, а в конце ещё и крепко приложился плечом о сам шкаф, в итоге оставшись без упавшего на пол картуза.

Это оказался молодой мужчина примерно одного возраста с ним прежним, то есть лет тридцати пяти – сорока, чуть выше его ростом и немного шире в плечах. Лицо в темноте – фонарик теперь светил куда-то внутрь тумбы – разобрать было сложно, но вроде как ничем особенным не отличалось: ни шрама, ни больших ушей или носа. Ему тоже было непросто рассмотреть Немченко, однако походную одежду благородного ола, две рукояти мечей, выглядывавшие из-за его спины, тот всё же не мог не увидеть.

– Ты кто? – шёпотом вскрикнул вор. – Какого чёрта?! Что ты за клоун? Из цирка, что ли, сбежал или из театра? – Говоря это, он мелкими шажками отступал к письменному столу: похоже, отказываться от честно наворованного не собирался. – Откуда ты здесь взялся?

Андрей заметил, как правая рука ночного гостя полезла в оттопыренный карман сюртука. Что там? Кастет? Нож? Пистолет? Судя по размерам выпуклости, могло быть всё что угодно из перечисленного и не только.

Давно уж землянин имел дело лишь с магическими атаками либо с холодным оружием, при этом, не страдая склерозом, отлично помнил об убойной силе огнестрельного оружия. Никакие магические щиты мира Герталы здесь не сработают, как и та магия вообще.

Что же касается даров, полученных Великим Андом от местных богов по протекции Хаоса, так они все пока на начальном уровне, и их применение никак не поможет в схватке с противником, вооружённым пистолетом. Нельзя было вору, или кто бы он там ни был, позволить успеть вынуть некий предмет из кармана.

Эти мысли ещё не успели мигом пронестись в голове Немченко, как его тело сработало на рефлексах: доли секунды, и он шагнул вперёд, выхватив меч, и приставил остриё клинка к горлу незваного гостя, под самый подбородок.

– Руки подними, – приказал ему. – Так, правильно. И не дёргайся, иначе тебе конец. Спрашиваешь, кто я? Да так, мимо проходил. А вот что мне теперь с тобой делать? Вот в чём вопрос.

– Я… это… – прошептал мужчина, вынужденно, под натиском клинка, поднимая подбородок всё выше.

– Предлагаешь понять и простить? – предположил Немченко.

В это время его мозг усиленно соображал, как следует поступить. Просто прогнать вора из квартиры – не вариант. Очень скоро о странном средневековом посетителе квартиры барона Рогова станет известно всем кому ни попадя. Эта воровская публика во всех мирах одинакова: напьётся и будет в кабаках языком трепать. Убить? Насчёт себя Андрей не заблуждался, годы жизни в Гертале его сильно изменили, и сейчас снести вору голову для него проблем не составит: и муки совести мучить не будут, и спать спокойно не помешают. Вот только не хотелось окроплять свой кабинет брызгами крови, а может, и лужей украшать. Куда потом труп девать? Кто всё тут вымывать будет? А кровь весьма непросто вычистить, особенно если в дубовый паркет впитается. А тут и ковёр ещё может намокнуть. Или в него и завернуть тело, а потом куда-нибудь вынести? Ну да. Только куда и когда?