Озарение не озарение, но решение пришло быстро. Якорь-амулет ведь позволяет одного человека перетаскивать из мира в мир, и для этого к спутнику даже прикасаться не нужно. По желанию Великого Анда в его левой, свободной от оружия ладони возникла монета, и вот он уже вместе с вором оказался у подножия лесистого холма, где перед самым появлением у Ашби его команда поила своих коней. Перемещать в гостиничный номер передумал в последний момент. Там мог находиться кто-то посторонний – или вернуться Рик. Олу Шеми Андрей доверял, однако иномирное происхождение Великого Анда – не та тайна, которую можно доверить даже самым близким соратникам. И как он смог бы Рику объяснить появление в их номере человека в столь странной одежде, причём добротно сшитой в сравнении с местной? А что-то говорить бы пришлось. Поэтому глухое урочище, где если и встретится кто-нибудь, так только здешние разбойники, а с ними у Великого Анда разговор короткий.

– Что это?! – оторопело покосил взглядом в сторону вор. – Где мы?

Всё же мир альтернативной Земли тоже являлся магическим, и ночной гость квартиры барона Рогова хоть и удивился, но шок не испытал. Видимо, люди там подготовлены к тому, что чудеса всё-таки случаются. Немченко первым делом проверил вторым зрением наличие у захваченного магического ядра. Земное здесь исчезло бы, но вот не получил ли он гертальское? Немченко по себе знал, что с попаданцем тут многое может произойти. Нет, нормально, к этому вору стихии-повелители с добротой не отнеслись, хотя наверняка появление неучтённой особи из другого измерения не могло пройти мимо их внимания.

– Помолчи, приятель, дай подумать. – Андрей убрал клинок и парализовал нового попаданца заклинанием стихии жизни.

Тот свалился на траву будто мешок с костями, при этом не теряя сознания, а ол Рей принялся расхаживать, улыбаясь и хмыкая, чем, наверное, ещё больше напугал своего пленника. А Немченко только что пришла в голову мысль, что у него есть возможность на пару с любимой переносить людей из альтернативной Земли в Герталу. Понятно, речь не о ворах, которыми можно пополнять рейские рудники: нет смысла добывать по два-четыре раба в день, тут своих воров в городах полным-полно, а леса забиты разбойниками, знай только устраивай облавы. А вот каких-нибудь учёных или мастеров – почему бы и нет?

Не обязательно ведь портить людям жизнь, отрывать их от родных и близких. Всегда есть люди неустроенные, готовые лезть в петлю от отчаяния, и при этом талантливые. Надо таких находить и переносить сюда. Вот и получатся квалифицированные помощники в техномагическом развитии Герталы. И им вовсе не обязательно знать, кто им сделал предложение, от которого они не смогли отказаться. Дар иллюзии поможет представать перед ними хоть в образе херувима. Можно легко устроить, что они ничего друг о друге знать не будут и выяснять это не станут. Наоборот, приложат все усилия, чтобы скрывать свою иномирную сущность.

Идея его захватила, но Немченко понял, что над ней ещё надо много думать и проработать её. И лучше посоветоваться. А с кем? Вариантов-то нет. С Джисой и друзьями-стихиями, больше не с кем.

Он ходил туда-сюда минут десять, пока не обратил внимание, что солнце окончательно скрылось и опустилась ночная темнота.

– Ладно, – встал он в ногах вора. – С тобой-то что мне делать? Сходил, называется, за книжицей.

Глава 4

Место на пологом склоне, куда Немченко перенёс неудачливого вора, или, точнее, грабителя, раз попытался оказать сопротивление вернувшемуся хозяину дома, было окружено деревьями и располагалось на пологом склоне. Поляной не назовёшь: свободное от деревьев пространство заросло кустами ивняка и можжевельника.

– Чёрт, надо ж посмотреть вначале, что там у тебя в кармане, – остановился расхаживающий в размышлениях туда-сюда Великий Анд. – Так, ты глаза не пучь тут, – обратился к захваченному новому гостю мира Герталы. – Скоро всё поймёшь, а пока просто лежи. Твоё беспокойство ничему не поможет. Всё равно ведь что-то изменить ты уже не в силах. – Андрей обшарил карманы сюртука своего пленника, вытащил и бросил чуть в сторону портсигар, часы из серебра размером с мелкое куриное яйцо, грязный носовой платок, неровно оторванный тетрадный лист бумаги со схемой квартиры барона Рогова, несколько мелких монет от копейки до гривенника, выкидной ножик на кнопке, а из правого кармана, который осмотрел последним, как и предполагал, извлёк шестизарядный револьвер с укороченным почти под барабан стволом. Кажется, в родном мире такие называли бульдогами. Клеймо фирмы на нём присутствовало, но Немченко оно ничего не сказало. – Значит, всё ж хотел меня пристрелить? – обратился к неподвижному вору-грабителю. – Ай-яй-яй, нехорошо. Нет, хорошо, это развязывает мне руки в плане определения твоей дальнейшей судьбы.

Легко сказать, а вот что действительно с ним делать, олу Рею совсем не было понятно. Возвращать? Это невозможно. Если не весь Новгород, то жандармы и полиция, чьей агентурой наверняка заполнены воровские шайки, очень быстро узнают о необычайном даре молодого барона.

Убить? Андрей оценивающе заглянул к себе внутрь и понял, что достаточно изменился за годы, проведённые в Гертале, и, если потребуется, прикончит пленника без каких-либо угрызений совести, тот ведь в карман за бульдогом полез не для того, чтобы просто попугать. Однако столь кардинальное решение Немченко чем-то претило.

«Значит, – подумал, зачем-то слегка пнув вора по подошве ботинка, – можно оставить его в этом мире. Даже интересно будет понаблюдать, как попаданец в своём теле сможет обустроиться в новом для себя мире».