Кора мчалась по взлётной полосе, прикрыв ладонью лицо и выставив вторую руку навстречу ветру, взбитому лопастями вертолёта. Под брюхом чёрной машины мерцали красные и зелёные огни, подсвечивая площадку. Частный аэродром в ночной глуши казался неподвижным, как на снимке.

Надо отдать должное джонниному знакомому: по крайней мере, пунктуальность у него была железная. А вот нарисованная аэрозольной краской мультяшная девица в откровенном бикини, размазанная по борту вертолёта, впечатляла куда меньше.

Она подбежала к вертолёту и подняла три пальца, как учил Джонни. Потом прочистила горло и выкрикнула пароль, который он ей дал: «Моряк рыдает в полдень!»

Дверь вертолёта распахнулась. Там сидел мужчина. Мужчина, которого она никак не ожидала увидеть. Во-первых, на нём была соломенная панама, а поверх неё – наушники. Во-вторых, он был загорелый до черноты – неестественно загорелый; и по пятнам бледной кожи было ясно, что это спрей.

А поняла она, насколько он загорелый, потому что на нём не было ничего, кроме ярко-розовых трусов. Остальная одежда, судя по всему, сушилась на заднем сиденье. Кора уставилась на полуголого мужчину в соломенной панаме и попыталась понять, во что именно она ввязалась.

Но мужчина сиял улыбкой и манил её рукой.

Она замерла и посмотрела на свою руку с тремя поднятыми пальцами, затем – на наушники, заглушающие бешеный вой лопастей. Да он никак не мог услышать, что она сказала.

Медленно она опустила руку, прищурившись с подозрением. Пароль, который дал ей Джонни, и так казался перебором. А теперь она начинала подозревать, что это было придумано больше для развлечения её бывшего, чем по просьбе пилота.

Для него она могла быть хоть федеральным агентом, который прилетел его арестовывать. А он встретил её ухмылкой и махнул рукой.

«Джонни сказал тебе, что я приду, да?» – прокричала она.

Мужчина постучал по наушникам и покачал головой. И снова жестом позвал её внутрь.

«Ты знаешь, куда мы летим, да?»

В ответ – ещё шире улыбка и поправленные наушники.

Она тихо вздохнула.

И тут мужчина протянул ей вторую пару наушников.

Дикий рёв винтов вертолёта делал почти невозможным расслышать хоть что-нибудь. И всё же, нехотя, она забралась на переднее сиденье, с колотящимся сердцем. Бросила взгляд через плечо на остальную часть аэродрома: никого, кто шёл бы к ним. Никаких признаков того, что полиция успела её догнать. Она не сомневалась: её уже начали искать.

Несколько звонков от агента Брейди – но она перевела устройство в беззвучный режим.

Часть её думала, не заблокировать ли его номер. С другой стороны, он ей ещё понадобится – для того, что будет дальше.

Она уселась в вертолёт, надела наушники, захлопнула дверь и спросила:

– Ты Скайлер?

– Что? – сказал он, затем поднял палец. Щёлкнул тумблером на панели. И уже потом спросил: – Ты «Кобра»?

Она вперилась в него взглядом.

– Да. Скайлер Бродрик?

Он усмехнулся.

– Похоже на то. Забыл, что поменял.

Она так и не поняла, что он имел в виду.

Потом – всё так же бодро, и голос у него отдавался гулом, будто в записи, – он сказал:

– Слышу, тебе нужна помощь.

– Джонни прислал координаты?

– Какая-то яхта в море. Так?

Она снова кивнула. Только он не смотрел – щёлкал ещё какими-то кнопками. Затем его рука легла на то, что она могла описать только как рычаг управления между ними. Вертолёт начал подниматься, и она напряглась.

– На воду садиться умеешь? – спросил он.

Кора поняла: Джонни, должно быть, рассказал ему о ней немного. Иначе он бы знал, что вопрос звучит слегка оскорбительно для рода войск, которые называют себя «лягушками». Прыгнуть из вертолёта, чтобы проникнуть на идущую яхту, – занятие не то чтобы по уставу. Но сейчас выбора не было.

– У меня для тебя сзади ещё кое-какие игрушки, если хочешь, – игриво добавил он.

Она мельком взглянула на его одежду, а потом заметила под ней чёрную дорожную сумку.

– Джонни оплатил, – крикнул пилот. – Видать, ты ему и правда нравишься. Этот тип жадный до ужаса.

И вот они уже летели, прорезая ночное небо, уходя за сетчатый забор внизу и делая круг над аэродромом.

На ходу она потянулась назад, схватила сумку и на миг почувствовала благодарность к бывшему. Долго этому чувству она не позволила жить – слишком хорошо помнила, чем всё кончилось. Впрочем, может, так он пытался загладить вину.

Расстегнув сумку, она медленно кивнула.

– Ночное видение?

– Есть.

– Светошумовые?

– Тоже.

– Это что, «кошка»?

– Поможет зацепиться за леер. Я её немного доработал. Механизм будет водостойким по крайней мере пару часов.

– М-16?