Она быстро двинулась дальше, ногой отшвырнула оружие в сторону и на бегу оглядела склад. Наверх вёл металлический трап-лестница, к антресоли. Пискливого бормотания больше не было слышно, и она рванула к двери, остановилась, прижав щёку к металлу.

Теперь она слышала плач. Испуганные голоса.

Она дёрнула ручку. Заперто.

Она выругалась, ткнув пальцем в мужчину на полу:

– Где ключ?

Лежащий покачал головой.

– Где ключ? – рявкнула она.

Не успел он ответить, как распахнулась дверь наружу. Ещё двое с оружием. Из гаража.

Она развернулась, опустилась на колено. Ещё два выстрела. Обоих она взяла в грудь. Они рухнули назад и вывалились через дверь. Взвыла пожарная сигнализация; голоса за металлической дверью стали громче – паника нарастала.

По её подсчётам, охраны больше не осталось. Но человека с золотой цепью нигде не было. Она подняла взгляд на антресоль и заметила небольшой кабинет со стеклянными окнами и звукопоглощающими панелями.

Она ударила лежащего на полу – вырубила его тоже.

Скоро те, кого она вырубила снаружи, начнут приходить в себя. Нужно было шевелиться.

Она метнулась к металлической лестнице, взлетая по ней; ствол стукался о перекладины. На середине она остановилась, проверила обойму. Выругалась, вытерла рукоять о рубашку, размазывая любые отпечатки, и швырнула пистолет в угол. Достала из-за пояса второе оружие, проверила – и продолжила подниматься. Едва она высунулась наверх, заряд дроби чуть не снёс ей голову с плеч.

Она нырнула вниз в последний миг. Дробь скользнула по металлическому настилу – фонтан искр.

Кора выругалась себе под нос, выждала – и услышала голос сверху, с антресоли:

– Не знаю, кто ты такая, но я заплачу вдвое больше того, что тебе предлагают, если ты покажешь мне руки и скажешь, кто тебя нанял!

Кора упёрлась в лестницу, одним плечом вдавилась во вторую перекладину.

Она стиснула пистолет так, что пальцы побелели. Внезапно грохнул ещё один выстрел – сверху снова посыпались искры. Судя по звуку, он бил из дробовика.

– Ты с Джулиано? – крикнул он.

Она не ответила.

Он заговорил на своём языке. Кора не понимала слов, но по интонации слышала: вопрос.

И снова она молчала. Напротив, сквозь металлический переход она уловила движение: в прорезях конструкции пробегали тени, когда фигура наверху проходила над ними.

Она слышала, как его шаги звенят по металлу – он приближался. Если дать ему зайти прямо сверху, всё решит случай – кто первый успеет выстрелить. Хотя, судя по его меткости, она бы и на эти шансы согласилась.

Но у неё была идея получше.

Поспешно она убрала оружие за пояс. Потом отпустила перекладину лестницы и ухватилась за опорные балки под маленькой металлической площадкой.

Словно ребёнок на детских рукоходах в парке, она перебиралась с перекладины на перекладину, стараясь двигаться как можно тише; прислушивалась к звуку шагов, к любому шевелению. «Хотя бы имя своё скажи!» – крикнул сверху мужчина; в его голосе уже не было прежнего спокойствия. Вместо мягкости и бархата в нём слышалась паника. «Впечатляет. Ты уложила моих людей. Я мог бы сделать тебя богатой, знаешь ли».

Она продолжала раскачиваться на металлических опорах и добралась до противоположного края площадки. Тихо подтянулась наверх.

Она выглянула сквозь перила и увидела, как мужчина в костюме подходит к лестнице. В руках у него был дробовик – двенадцатого калибра; он выждал секунду, задал ещё один вопрос и вдруг рванул вперёд, вскидывая оружие и стреляя.

Выстрел гулко прокатился эхом.

Но и на этот раз она воспользовалась шумом: быстро вскочила на металлическую площадку, подняла пистолет, направила ему в спину и отчётливо сказала: «Если не бросишь – я тебя убью».

В этом не было зловещего надрыва, и голос она не понижала, чтобы казаться страшнее. Она просто позволила правде в этих словах самой стать угрозой.

Мужчина с дробовиком напрягся.

«Дёрнешься в мою сторону, – тихо сказала она, – и я сделаю с тобой то же, что сделала со всеми твоими солдатами».

Послышался слабый, сдавленный вздох. Глоток. И дробовик двенадцатого калибра с лязгом упал на землю.

«Руки вверх и смотри прямо!»

Однако руки он не поднял.

Мгновение его левая рука оставалась вне поля зрения – у пояса.

Она сделала несколько шагов вбок и тихо сказала: «Достанешь ствол из-за пояса – пристрелю на месте».

Он застыл.

И только тогда, очень неохотно, поднял руки к небу.

Он повернулся так же медленно, сверля её взглядом; в глазах плескалось презрение.

Она смотрела в ответ. И впервые смогла как следует разглядеть мужчину с мягким голосом.

В его чертах было что-то почти женственное. Он явно был мужчиной, но красивым. Кожа – гладкая, оливковая, словно идеально увлажнённая. Брови высоко изогнуты и выщипаны так, будто он постоянно чему-то удивляется.