Но лучше прятать это, чем позволить тьме взять полный контроль.

Так люди и становятся такими, как Аделаида.

А теперь Кора действовала – быстро. На столе стоял компьютер. На него она даже не посмотрела. У неё не было времени подбирать пароль.

У стены она заметила металлический картотечный шкаф; ей понадобилось несколько секунд, но ключи нашлись рядом со столом шерифа.

Она попробовала ключи.

– Чёрт. – Они не подходили к шкафу. Она попробовала ключ к ящику под компьютерным столом.

Он открылся. Ящик был пуст.

Она нахмурилась, бросила ключи обратно на стол и подошла к картотеке – взгляд у неё сверкнул.

Если придётся обращаться с ней так же, как с дверью, она не станет колебаться. Было время, когда Кора просто прострелила бы замки. Но, разумеется, пистолет она оставила дома. Рано или поздно ей всё равно придётся от него отказаться; пока же при ней оставался хозяйственный нож, который она носила постоянно.

Для «морского котика» это было почти то же самое, что кольцо для ключей на брелоке.

Она вытащила нож с пояса и подошла к картотеке. Выглядела она не слишком надёжной. И Кора принялась поддевать и ковырять. Там, где она работала, осыпались крошечные хлопья зеленоватой краски.

Она поморщилась. Ей не хотелось оставлять слишком много следов своего вмешательства. С другой стороны, если уж на то пошло, ей, наверное, не стоило разбивать окно.

Кора продолжала возиться ножом в замке.

Но в конце концов, когда штука так и не поддалась, она сменила тактику. Вместо того чтобы пытаться сдвинуть засов, она просто стала гнуть металл, чтобы пальцам было за что ухватиться.

Ножом ей удалось сделать небольшую щель между ящиком картотеки и рамой.

Потом, оглянувшись, она нашла одну из щепок от двери, схватила её, втиснула в образовавшуюся щель и снова взялась за нож, расширяя зазор ещё больше.

Ушло несколько минут; к концу пальцы ныли. И вот, с удовлетворяющим щёлк, ей удалось отвести в сторону поворотный металлический замок.

Деревяшка, больше не удерживаемая давлением, упала внутрь ящика. И она медленно открыла его.

Она уставилась внутрь, сердце колотилось.

Папки из плотной бумаги были разложены по алфавиту; ей понадобилось мгновение, чтобы пробежать глазами по разным документам. Сердце у неё упало: это были не материалы дел. Скорее, что-то связанное с налогами. Другая папка оказалась бухгалтерской книгой с цифрами, которые ей ни о чём не говорили.

Но одна папка, она заметила, была без подписи. Разумеется, именно её она и положила на стол, раскрыла и принялась просматривать новые цифры. Похоже, это были платежи. Вклады на главный счёт полицейского управления.

Она не была бухгалтером, так что в основном ей приходилось гадать, но кое-что она всё же заметила. По некоторым платежам проходили комиссии. Палец скользил по строкам, следуя за колонкой данных. Больше всего её зацепила пометка международная обработка.

Её внимание привлекли четыре платежа крупными суммами – каждый не меньше 50 000 долларов.

Она тихо присвистнула. С какой стати маленькое полицейское управление Вествилля получает депозиты по 50 000 долларов от какого-то международного источника? Она попыталась выстроить из найденных цифр хоть какую-то картину, но без контекста многое не сходилось.

Однако, пока она об этом думала, она застыла.

Она услышала звук.

Она медленно обернулась, и по позвоночнику побежали мурашки.

Изнутри здания доносились голоса; они не приближались, но становились громче

Холодный укол страха прошил ей спину. Быстрыми, молниеносными движениями она сунула папку обратно в картотеку, закрыла ящик, отшвырнула ногой в сторону щепки, поспешила к двери, выглянула в коридор, убедилась, что всё чисто, и выскользнула туда, прикрыв дверь локтем.

И теперь она уже могла разобрать, о чём говорили.

Самый громкий голос, который она узнала по прошлому визиту, орал: «У нас была договорённость; если ты от неё откажешься, пожалеешь!»

Раздалось мрачное бормотание. А потом – куда более тихий, спокойный ответ. Второй голос она не разобрала, но точно знала: он ей незнаком.

Она выхватила пару слов – они прозвучали с сильным акцентом.

Не один из тех офицеров, с которыми она тогда встречалась.

«Я серьёзно, – рявкнул первый голос, – не будешь осторожен – вляпаешься по-крупному».

Кора металась в нерешительности. С одной стороны, ей хотелось убраться оттуда как можно быстрее, но с другой – это казалось важным; зачем они вернулись в офис? Она видела, как они уходили… что-то изменилось.

С кем встречается капитан полиции?

Тот мягкий, бархатный, спокойный голос ответил снова. И, приняв решение, она осторожно пошла по коридору, в сторону открытой двери, ведущей в главный зал, и сумела разобрать слова второго мужчины. «Пожалуйста, успокойтесь, – говорил он. – Мы оба знаем, что вам не хочется на меня орать».