Триша была крепким орешком – с дерзким чувством юмора и молниеносным умом. Смелая и умная, она несколько лет служила в «морских котиках», а потом перешла на вербовку для всех родов войск. И у неё это отлично получалось, вспоминала Кора. Она тонко чувствовала людей: понимала, кто выдержит и найдёт своё место, а кто – нет. В армии ценили такие навыки.

Почему Триша шлёт ей записки? Почему просто не попросить у Гейба номер? Это же самый простой способ связаться, разве нет?

– Она не взяла мой номер телефона?

Гейб приподнял бровь.

– Я пытался. Без толку. Она очень настаивала, чтобы ты это прочитала. Я не знаю, что там, но похоже, это важно.

Кора взяла у него конверт и повертела в руках. Он был заклеен лентой, а надписей не было никаких. Даже имени.

Озадаченная, Кора вскрыла конверт.

Внутри лежала записка, написанная от руки.

"Жестяная крыша. Угол Северной и Голубиной дорог. Я буду там каждый вечер с шести."

Кора уставилась на записку, перечитывая её снова и снова.

– Странно, – сказала она. – А вообще она выглядела нормально?

– Да, странно, – согласился Гейб. – И нет, она выглядела на взводе. У меня было ощущение, что она хочет увидеться с тобой лицом к лицу, не связываясь заранее. Может, у неё что-то происходит, и она хочет тебя кое о чём спросить. Что-то конфиденциальное.

Кора думала ровно о том же. Записка даже не была подписана.

Она вздохнула, чувствуя, будто её разрывают на миллион частей сразу. Ей нужно было собраться, но точек напряжения в жизни стало так много, а записка от Триши была лишь ещё одним осложнением.

– Слушай, твоя мама сейчас должна быть на первом месте, – рассудил Гейб. – В записке же сказано: «каждый вечер». Если Триша хочет тебя увидеть, разве не может подождать пару дней?

Но Кора тревожилась не только из-за родителей. Она знала и о других осложнениях, нависших над её жизнью, – спасибо недавней встрече с мафиозной связью. Вечеров могло остаться не так много. Ей, возможно, придётся уехать за границу, чтобы искать Роуз, если удастся выяснить, куда её переправили. Это вполне могло случиться уже через пару дней – когда появятся новости, на какой корабль её посадили и куда он ушёл.

А в ближайшей перспективе врач сказал, что в состоянии матери изменений не будет.

Она могла отвезти отца домой, провести с ним день, попытаться его успокоить. Проследить, чтобы в холодильнике стояли ужины на пару дней, закинуть стирку, прибраться на кухне. Тогда она сделает для него всё, что в её силах.

И если есть проблема, если этой её старой подруге нужна помощь, лучше узнать об этом раньше, чем позже. Что могло быть настолько важным, что Трише пришлось пройти через все эти хлопоты, лишь бы до неё добраться?

– Мне нужно ехать сегодня вечером, – сказала она. – В этот бар. Я должна выяснить, чего хочет Триша, и если это важно, я не могу это игнорировать. Скоро могут начаться другие события, и если начнутся, меня какое-то время не будет рядом.

Гейб помедлил. Потом спросил:

– Хочешь, чтобы я поехал с тобой?

И вдруг мысль о встрече с Тришей стала куда привлекательнее.

– Я бы очень хотела компанию, – сказала она. И поняла, что надеялась, что он предложит.

– Тогда в шесть вечера, – сказал он. – Заеду за тобой к вашим. – Он сделал паузу, внимательнее вглядываясь в неё. – Ты точно в порядке?

Она покачала головой.

– Я из-за этого переживаю. Триша никогда не просит о помощи. Никогда. Я понятия не имею, в чём дело, но уже сейчас могу сказать: это будет что-то плохое.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

«Жестяная крыша». Кора никогда не слышала об этом месте, но, судя по приложению с картами, ехать было около 16 километров – и не в самую приятную сторону. Пока они с Гейбом ехали по изъеденному временем асфальту, дома вдоль дороги становились всё более перекошенными и убогими. За ними медленно наступали тёмные лесные массивы, и на холме Кора заметила древний, развалившийся фермерский дом.

– Здесь где-то была старая армейская база, – вспомнила она. – Или была, по крайней мере. Кажется, её закрыли какое-то время назад. Небольшая. – Она предположила, что именно база когда-то и дала бару повод для существования. Теперь же она не знала, чего ожидать внутри. Кроме Триши. Триша всегда была человеком, который держит слово. Если она обещала быть в этом баре каждый вечер с шести, значит, именно там Кора и найдёт её.

Прошли годы с тех пор, как она видела Тришу, и Кора не могла представить, что могло быть настолько важным, чтобы послать такую загадочную записку.

Когда они подъехали, бар выглядел ровно так, как она и ожидала. Захудалая придорожная забегаловка: облупившаяся краска, окна, которым давно пора бы помыться, и мерцающая неоновая вывеска с надписью «Открыто». На стоянке теснились несколько машин, видавших виды, и пара мотоциклов. Кора заметила, что лицо Гейба отражает её собственный скепсис.

Но это было место встречи, значит, пора входить и выяснить, зачем Трише понадобилось увидеться с ней так срочно.